Дверь не заперта, я тихонько прошмыгнула в нее и решительно направилась к кровати. Женя стоял у окна, так что в комнате довольно свежо.
Дрожа от холода, я залезла под одеяло и позвала парня.
Тот даже не двинулся:
– Иди спать. Я устал, мне лечь нужно.
– Ты зачем так со мной? Я к тебе пришла.
– Не нужно ни мне, ни тебе. Спасибо за жалость, но иди спать.
– Я не из— за жалости пришла.
– Тогда зачем? Скажешь, что любишь?
– Я хочу, чтобы ты любил меня, иди ко мне.
Я видела его недоверие, но не собиралась отступать.
– Иди сюда и покажи мне, как люди любят друг друга. Пожалуйста. Я тебя прошу.
После секундного колебания, парень со вздохом встал и медленно подошел к кровати, я покорно обвила его шею и поцеловала, мягко увлекла за собой…
Раньше я не обращала внимания на это загорелое, мускулистое тело, крепкие, сильные руки, мягкие податливые губы. Он казался таким уверенным, что я отбросила все сомнения прочь.
Мне хорошо, я таяла под его нежными руками. Его губы плавили мое тело, раскрывая новые грани смешанных чувств. Я не подозревала о том, что такие эмоции возможны до этого момента. С Русланом мы плыли по безмятежному озеру, а здесь с Женей все напоминало действующий вулкан…
После секундного колебания, парень со вздохом встал и медленно подошел к кровати, я покорно обвила его шею и поцеловала, мягко увлекла за собой… Раньше я не обращала внимания на ее загорелое, мускулистое тело, крепкие, сильные руки, мягкие податливые губы. Он казался таким уверенным, мужественным, что я отбросила все сомнения прочь.
Мне было хорошо, я таяла под его нежными руками. Его губы плавили мое тело, раскрывая новые грани смешанных чувств. Мои руки все еще боролись с застежкой его джинс, когда он сам их снял, продолжая бесконечно целовать и ласкать меня. Я не подозревала о том, что такие эмоции возможны до этого момента. С Русланом мы плыли по безмятежному озеру, а здесь с Женей все напоминало действующий вулкан. Необузданная стихия, вот что это напоминало. И все же между поцелуями Женя успевал переспросить: «Ты уверена? Я тебя люблю, я так сильно тебя люблю!»
Все мое естество радостно и восторженно парило над всем, мыслей не было, лишь непреодолимое желание обладало мной. С губ Жени сорвался стон, когда он вошел в меня, а я совсем потеряла голову, впилась руками в его тело, заставляя двигаться сильней..
Все мое естество радостно и восторженно парило над всем, мыслей нет, лишь непреодолимое желание обладало мной…
Я на мгновение замерла, жадно хватая воздух, и упала в изнеможении. Он тоже тяжело дышал.
– Лера, я люблю тебя, хочу, чтобы ты это знала и помнила. Никто, ничто и никогда этого не изменит.
Вместо ответа я поцеловала его и свернулась калачиком.
Не хотелось думать о завтрашнем дне. Спокойствие и безмятежность приняли в свои объятия.
Спустя время, Женя заснул, а я малодушно и осторожно выбралась из его крепких объятий и отправилась к себе.
Надеюсь, о произошедшем сегодня ночью я не пожалею…
Глава 60. Тебя я укрою.
Женя
Прошедшее накануне здорово меня подкосило.
Дочь Вики и Алекса оставалась еще в роддоме, нужно уладить было организационные моменты, и мы все надеялись, что скоро заберем ее домой.
У нас все равно двое детей, третий не станет помехой.
Алекс переехал к нам после похорон. По большей части он молчал, а по ночам мерил шагами комнату.
Я старался проводить дома как можно больше времени. Обстоятельства не позволяли.
Ника все же полезла в суд, намереваясь признать сына недееспособным.
Забавно бы у нее вышло, если не его подстраховка. Он провел в отношении себя три экспертизы, которые признали его абсолютно вменяемым. Так что своеобразный козырь у нас все же есть. Хочу посмотреть на ее лицо в этот момент, когда она узнает.
Большой дом ей теперь ни к чему, я намеревался его продать и купить ей комнату в общежитии. Сейчас как раз и размещал объявление.
Дверь в кабинет распахнулась. На пороге Алексей и мне осталось лишь вздохнуть и вовремя прикрыть свой болтливый рот.
Проведя с человеком более 10 лет вместе, поневоле понимаешь, что простить можно многое. Если не все. И есть ли вообще ограничения в этой области? О, несомненно. Леша мог простить все, кроме лжи.
Леша
А она лгала, как оказалось. Ложь росла как снежный ком год за годом. Моралист до мозга костей. Ему невыносимо больно от осознания правды. Любимая лгала. И не собиралась признаваться. До этого момента.
Это означало одно, ложь продолжала бы отравлять их жизнь, ставя под удар смысл.