В полудреме он услышал звук подъезжающей машины. Катя в его объятиях вздрогнула.
– Не бойся, это Смирнов.
– А почему так поздно? – прошептала Катя в ответ.
Петя нахмурился и встав с кровати, подошел осторожно к окну. Мрак. Ничего не видно.
– Катя, одевайся. Походу, это не он.
– С чего ты взял? – прошептала Катя, как окно с грохотом разлетелось.
Петя успел пригнуться перед вторым залпом и схватил испуганную девушку за руку, потащил за собой.
Он наспех натянул футболку и джинсы, бросил что— то из одежды Кате. Стрельба закончилась. Теперь пора делать ноги.
Осторожно пригнувшись, он потащил Катю за собой, к запасному выходу.
Они выбежали из дома и бросились к спасительному лесу, к его тьме.
Прозвучал взрыв. Петя остановился, оглянувшись через плечо.
Дом полыхал.
Катя ахнула рядом и в этот момент его в бок что— то ужалило.
Значит, бежать. Пока может, пока есть силы.
Петр
– Куда нам теперь? – спросила Катя, тяжело дыша, мы отсиживались возле какого— то бурелома.
– Пока не знаю. Черт. Ни местности, ни леса этого я не знаю. Я не ориентируюсь в лесу. А ты?
– Немного. Здесь темно и холодно. В этом сомневаться не стоит. И я умею определять север, – Катя подавила истерический смешок.
Кто— то бежал к нам через лес.
Я не охотник, просто умею слушать. У преследователя есть фонарик. Он двигался тихо, осторожно. А у нас нет ничего: ни оружия, ни даже фонарика.
– Катюша, милая, у меня к тебе просьба, ты посиди тут, я попробую увести его подальше в лес.
– Я не стану! Не стану оставаться здесь! – зашипела Катя, хватая меня за руку.
– Так надо! Я побегу в другую сторону, уведу его подальше, сделаю круг и вернусь, вернусь обязательно! А ты посиди тут и возвращайся к дому, садись в машину и жди меня. Хорошо?
– Не хорошо. Не хорошо, слышишь?
– Так будет лучше. Мало времени для другого плана, мало. Я тебя люблю, Катя, – я прижал ее к себе, насколько возможно и бросился в лес, воспроизводя как можно больше шума.
Клюй же, клюй!
Моя проблема в том, что я всегда знал, к чему это приведет. Поэтому, когда бежал со всех ног от преследователя, старался контролировать дыхание.
Форму мне не с чего терять, но против профессиональной убийцы навыки бега не очень пригодятся.
Он стрелял, пули летели мимо меня. Если бы не рана в боку, которая к слову сочилась кровью, я бы бежал быстрее.
Проклиная на все лады себя с дебильным планом, мне хотелось лишь одного: увести убийцу от Кати.
Я увалился возле раскидистой елки. Не могу больше бежать. Черт, футболка вся мокрая от крови. Умереть в лесу, под старой ёлкой, что быть может хуже?
– Ты дышишь на весь лес, как медведь после спячки!
Женька опустился возле меня на колени. Тяжело дыша, он сам выглядел не лучше.
– Я еле тебя догнал. Там все в огне. Давай посмотрим, что там у тебя, – кивнул он на мой бок.
– Давай лучше доберемся до машины. Катя где?
– Надеюсь, что далеко отсюда. Все— таки я вовремя. Что происходит?
– Откуда мне знать? В нас стреляли, в меня попали, как видишь. Ты откуда здесь?
– Оттуда. Я же говорил, что приеду. Надо выбираться отсюда.
– Я тоже не хочу, знаешь умереть под елкой.
Смирнов хотел помочь мне подняться, когда ему в затылок уткнулось дуло пистолета.
– Добегались? Без глупостей и аккуратно поворачиваемся.
Теперь мы точно добегались. Потому что вокруг нас двоих уже семеро.
Глава 68. Я люблю бейсбол
Петр
Сопротивляться бесполезно. Их больше нас, а мы, к сожалению, не ниндзя и не супергерои.
Нас привели к какому— то сарайчику и толкнув в спину, загнали внутрь.
Рана моя кровоточила, хорошо, хоть кишки наружу еще не просились.
Руки нам обоим связали, хорошо, что мне хотя бы спереди, поэтому зажимать рану проще.
Женька дернулся назад, но куда ему против здоровенного детины. Тот как пушинку подхватил Смирнова и бросил на земляной пол.
В который раз я поражаюсь его упрямству. Ну шваркнули тебя раз, успокойся.
Нет, Вы поглядите, полез второй раз.
Бесполезно. На четвертый раз повторяющиеся полеты Женьки надоели уже и мне.
Я полусидел у дальней стены, медленно теряя связь с реальностью.
На пятый раз Смирнов упал на спину и не успел перекатиться, когда детина со всей дури наступил своей отнюдь не ногой Золушки ему на правую ногу. Раздался противный звук, и Смирнов едва не потерял сознание от боли.
– Чтоб не бегал так быстро, – детина наклонился к скорчившемуся Смирнову.