Ноги в этот раз мои не сильно пострадали. Девушка делала успехи.
– Ты гордишься мной?
– Конечно. Ты умничка, – похвалил я ее. Девушка зарделась.
– Спасибо, у меня хороший учитель.
– Не льсти.
– И не думаю.
Девушка серьезно взглянула на меня, и я чуть не обнял ее. Надо держать себя в руках. Уже в который раз напоминаю это себе. И с каждым днем мне меньше всего это удается.
Когда меня видели последний раз дома? Месяц назад? Родители звонили несколько раз, звали приехать домой.
Я жил отдельно от них лет пять где— то, стремился к отдельной жизни и пока был всем доволен.
Старался навещать их почаще, иногда жил по три дня, дабы сделать приятное маме.
Я для нее самый трудный ребенок по причинам, о которых лучше умолчать.
Купив квартиру, я занялся переустройством. От природы, а быть может от родителей я обладаю вкусом, Женька обзывает меня занудой. Я аккуратен, надеюсь, хорошо воспитан, и поэтому иногда мои привычки действительно несколько занудны.
В отличие от Жени мало уделяющему внимание дому, а больше своему внешнему виду, я стремлюсь во всем поддерживать порядок. Но рубашки я глажу сам, а Жене мама. Но это не является причиной, от чего он постоянно околачивается у меня.
Правда, у меня возникли некоторые идеи по поводу переустройства комнаты для гостей. Я хотел переделать ее для своего маленького чуда. Не можем мы ведь ночевать все время вместе. Я не выдержу. Осталось только спросить мнение самой девушки.
– Может, чаю и пойдем спать?– предложила она. Я держал ее руку, какая она хрупкая и нежная…
Я с радостью согласился. Пока чай грелся, я пошел в ванную, быстренько сполоснулся, чтобы не заставлять девушку ждать.
– Ты на черта похож с такой прической, – хихикнула Лера.
Я озадаченно посмотрел на себя в зеркало. Да… Видок еще тот…
– Но я ведь весьма симпатичный черт, да?
– Да. Тебе идет, – согласилась девушка и зарделась. Мне стало интересно, что ее смутило. И ответа не нашел.
Завтра нам было обоим на работу, больничный заканчивался. Поэтому мы допили чай и отправились спать.
Я всю ночь не сомкнул глаз, любуясь ей. Лера абсолютно доверчиво расположилась рядом со мной, и я позволял себе робко касаться ее лица, длинных волос. Сердце мое пело. Я никогда еще не ощущал себя уязвимым перед ней и сильным перед миром. Мне хотелось оградить ее от этого мира, я, увы, знал этот мир с не лучшей его стороны, и, по моему глубокому убеждению, я не достоин ее. Девушка слишком хороша для меня… и все же я хотел быть с ней. Я не надеялся, что мои чувства взаимны, мы дружили и пусть будет так, лишь бы видеть ее рядом. Большего мне не надо. Я вполне счастлив тем, что она считает меня своим другом, своим лучшим другом, она доверяет мне как никому другому… сейчас я не хочу начала дня. Придется ее будить, а она так мила и ее сон крепок. Ее рука обняла меня, и хотелось надеяться, это не случайно.
В окно медленно влезал рассвет, портя мне настроение. Не хочу делить мою милую с миром. Скоро она проснется, потянется, улыбка озарит ее личико и она, после того как я накормлю ее завтраком, уйдет на работу.
Целый день она будет жутко занята, прибежит на обед и только вечером она вновь будет со мной. И так вот уже две недели…
Я забираю теперь ее с работы каждый день, отвожу ко мне. Ну вот… Проснулась. Признаюсь, рад видеть ее смущение, взглянув на то, как близко мы лежали.
– Доброе утро, – промурлыкала она. Похоже, она не замечает, как меня бросает в дрожь при тембре ее голоса.
– Доброе утро. Ты ужасно храпишь.
Краска залила ее лицо, и я еле удержался от того, чтобы не поцеловать ее.
– Я не храплю. Сам ты храпишь.
Вроде обиделась. Глупенькая моя девочка, прости меня.
– Еще как! Запишу как— нибудь. Ладно, вставай, я пока сварганю завтрак. Что будешь?
– Твой язык, – обиженно произнесла она.
Я на секунду представил себе ее поцелуй и еле отогнал это ощущение. Хорошо, она не подозревает о моих мыслях. Краска предательски залила лицо. Лера же, как впрочем, и всегда неправильно поняла выражение моего лица.
– Стыдно стало? То— то же,– она потянулась, обнажив полоску идеального плоского животика.
Я взлохматил ей волосы и быстро покинул комнату. Подальше от соблазна. Женька издевательски называл меня святым мучеником. Он бы точно не стал вести себя как я.
Чем же накормить мою единственную? Женька еще смеется надо мной, называя меня нянькой. Ну и что с того? Мне нравиться заботиться о ней. Я хочу, чтобы она была счастливой.