– Он взрослый мужик, Варвара! О чем ты думала?! Какая тут любовь? Тобой попользовались и бросили как ненужную игрушку! Ты ненормальная? Я бегаю за тобой с пяти лет, а он охмурил тебя за пару дней? И добился того, что ты с радостью раздвинула ноги?! Ну и семейка у меня! То дядя, то брат. Еще теперь ты. Фу, Варя!
Я молча давилась слезами, пока Макс бушевал.
– Варя, я тебя не узнаю. Категорически. Ты не та девушка, что я когда— то знал. Ты чужой мне человек! Ты хоть понимаешь, что наделала? Варя?
– Что я наделала?
– А ты не понимаешь? Он же с твоей сестрой, потом с тобой? Какой кошмар.
Я не стала дослушивать его, пошла вперед быстрым шагом, сунув руки в карманы. И зачем он приехал? Учить меня жить?
Две недели пролетели. Немного изменилось за это время. Я сдала экзамены, и мы с Максом почти не общались. Он вредничал. А я дулась.
В конце концов, он извинился, сказав, что был неправ, но слова назад не взял.
Макс
Не совру, сказав, будто новости о романе Вари и Алекса обрадовали. Совсем нет. Конечно, когда-то она могла начать встречаться с кем-то. Проблема в том, что я думал это про себя. Я должен быть стать кем-то, а не мой дядя.
Тяжело смириться. Не подозревал, что окажусь однолюбом. Надо было забрать ее с собой.
С мамой я не виделся. С тех пор как мы с отцом уехали, а потом он скончался, мы и словом не обмолвились. Мама не пожелала приехать на похороны мужа, а я не настаивал. Семья развалилась, а быть может, она никогда и не была крепка?
Отец тяжело переживал смерть двоих детей за прошедшее время. Это здорово его подкосило. Если Руслан всегда держался отстраненно, то Мила была его дочкой. И его ужасно расстроил сначала ее отказ от переезда с нами, а затем и ее самоубийство. Он винил себя, маму, Алекса в этом. Не уследили, не уберегли. Кажется, он так не убивался по Руслану, как по Миле. Отношения между ними всегда были странными. Брат откровенно презирал отца за его брак с матерью, за то что тот всегда шел у нее на поводу. Отец сокрушался об этом, ему бы хотелось более теплых отношений между нами всеми. И незадолго до инфаркта, отец сказал мне, что ненавидит мать и это она во всем виновата.
До нас, даже во Франции доходили слухи о ее любовниках, абсолютно не стесняющихся жить в нашем бывшем доме. Но отец не стал ничего менять.
Еще мне кажется, он ненавидел Алекса, хотя практически мы жили на его деньги. Дядя на самом деле сделал многое для нас. Спасал папин бизнес, вкладывал деньги в наше образование, Мила успела поработать моделью, получала пусть и эпизодические роли в фильмах и сериалах, пока жива была его жена Натали, он выучил Руслана, оплачивал мое образование, лечение отца, помогал издавать мамины книги. И все же отец его терпеть не мог.
В моем детстве стоило Алексу приехать, у отца резко портилось настроение, зато мама расцветала. Тогда отношения между ней и дядей были значительно лучше нынешних. Хотя если он приезжал не один, а с Натали, у мамы тоже портилось настроение.
Варя категорически не желала признавать мои чувства. Впрочем, как и прежде.
Я украдкой следил за ней, следил за каждым взмахом длинных ресниц. Она изменилась. Никакого больше черного цвета, черного лака. Она стала мягче, взрослее, изящнее. Нескладная подростковая фигура приобрела девичьи черты. Лицо сбросило детские очертания, обнажив красиво очерченные скулы.
Варя стала похожей на дивную розу. И Боже, как она красива.
К сожалению, звание лучшего друга накладывает свои отпечатки. Я типа родственника. Любимого, родного, близкого. И за чертой.
Между нами утрачена прежняя дружба. Я заново узнаю Варю. Ее звонкий смех, смелую улыбку, взгляд. Алекс сумел разбудить ее настоящую. Он. А не я.
Я не сделал ничего для нее. Позорно сбежал. А он принял ее такой, какой она есть на самом деле.
Печально, видимо нам придется действительно породниться.
Глава 124. Черт с этим чаем.
Варя
Катя вернулась вместе с Алексом. Стерва.
Она вышла из машины довольная как кошка, нажравшаяся сметаны до отвала. Да и мой принц не отставал от нее. Глаза блестят, улыбка до ушей. Убила бы обоих.
Видимо, две недели у них прошли на ура. Я не вышла их встречать. Пошли к черту!
Не спустилась ни на обед, ни на ужин. Макс приносил мне поднос, просил поесть. Даже братец в кой— то веки вспомнил о своей сестре. Пришел, погладил по голове, сказал, не переживай.
Не переживать? Когда твой любимый уехал куда— то с твоей сестрой? И вернулся довольный как слон…
Я орала в подушку, не в силах справиться с собой. Уж надеюсь, она его полностью удовлетворила.