Выбрать главу

Судьба. Что она такое? Неужели нам предназначено вот такая судьба? Жить на одном дыхании все время, боясь потерять друг друга? Ведь я боюсь потерять его больше всего на свете. Я только начинаю понимать всю тяжесть нашего положения, всю боль. Одновременно я понимаю, что только любовь могла заставить его так поступить со мной. Он предпочел потерять меня, оставаясь до самого конца со мной рядом, стать моей тенью…

Мы так крепко связаны, что чувствуем друг друга даже на расстоянии. И я сейчас чувствую, он спешит ко мне. Надо забросить все мысли прочь. Не хочу не о чем думать, кроме него.

Я угадала. Руслан вернулся через два часа. Он мягко опустился на колени около меня.

– Я тебя раскусил. Не притворяйся, – шепнул мне он на ухо.

Я улыбнулась и открыла глаза.

– Где ты их взял? – спросила с восторгом смотря на огромную охапку роз, источающую волшебный аромат.

– Не скажу, – ответил Руслан и легко поцеловал меня в уголок рта.

– Я останусь?

– Конечно, сколько можно спрашивать? Как дома?

– Все как обычно. Ничего нового.

– Руслан, можно я спрошу?

– Валяй.

– Почему ты расстался с Кристиной?

Руслан усмехнулся.

– Что ты можешь сказать о Жене?

– Что он ветреный.

– Представь, я раньше был хуже его. Он ангел по сравнению со мной.

– Ни за что не поверю.

– Это было раньше. Скромное оправдание, конечно.

– А что там с Кристиной?

– Мы встречались. А потом расстались.

– Почему?

– Дело прошлое. Я был той еще сволочью.

– Она узнала, что ты болеешь?

– Нет, мы расстались до этого.

– Не хочешь рассказывать, ладно.

Я надулась и отвернулась.

– Эй, не дуйся. Это не имеет никакого значения. Правда. Есть я и ты. Больше никого.

– Ладно. Я тут придумала одну шутку.

– Какую?

Вместо ответа я поцеловала его со всем жаром, на какой способна. Моя атака внезапна, застала его врасплох, поэтому он сначала растерялся. Уже через минуту он лежал на мне сверху и страстно целовал. Пальчиками я осторожно освобождала его заправленной рубашки, этот чертов ремень никак не желал сдаваться. Другую руку я запустила в его волосы и притянула ближе к себе.

– Лера, ты с ума сошла? – простонал Руслан, – Мы, между прочим, у тебя дома.

– Плевать, поцелуй меня, – ответила я, борясь с ремнем.

– Лера, любимая, не время сейчас, честно. Перестань теребить мой ремень.

Отвечать мне не хотелось. Хотелось взять все сейчас, к черту свадьбу, к черту все, я хочу его сейчас.

Ремень сдался, ловко расстегнув ширинку, моя рука соскользнула вниз.

– Лера, прекрати, ты меня слышишь?

– Ты не хочешь? – удивленно спросила я.

– Ты еще и спрашиваешь, когда результат уже налицо.

Руслан хрипло засмеялся и соскользнул с меня, тяжело дыша.

– Уймись бешенная.

– Лежи спокойно и не дергайся, – прошептала я и села осторожно сверху.

– Лера, это конечно классно и все такое, но не здесь, пожалуйста, – Руслан пытался образумить меня. Мне все равно. Я хочу получить свое.

Поэтому стала целовать его еще сильней, нежно покусывая его нижнюю губу. Его запах опьянял меня. Кажется, парень устал сопротивляться моему напору, поскольку я вновь оказалась снизу. Теперь уже губы Руслана требовательно шли в наступление от губ, к шее, к груди и вниз по животу, рисуя на моей коже невиданные узоры, моя кофточка безжалостно сорвана, штаны постигла та же участь. Я осталась в одном белье, интересно для соблазнения надо было одеть что-то более сексуальное? Хотя Руслана это нисколько не волнует, он, скорее всего, был бы рад видеть меня совсем голой.

Он снова целовал меня в губы, все мое тело горело под его руками, он наклонился к моему уху и шепнул:

– Ты можешь остановить меня, если хочешь. Пока не поздно. Пока я еще могу.

– Я скажу тебе, если передумаю, – шепотом ответила я и прикусила мочку его уха. Ответом мне был стон, сорвавшийся с его губ.

– Я люблю тебя, Лера.

– Докажем это друг другу?

Руслан приподнял меня и посадил к себе на колени.

Я тут же стянула с него рубашку, целуя шею, гладя его вдоль позвоночника, бюстгальтер был почти незаметно снят с меня, нашей коже ничего не мешало соединиться. До чего же приятное ощущение прикосновения его кожи, рук ко мне…

– Лера, если тебе вдруг станет больно, ты скажи мне, хорошо, – прошептал он, глядя на меня. Этого взгляда мне было достаточно, чтобы сойти с ума.