У Болика зазвонил телефон. Грубым голосом, он промычал:
– Понятно, – и встал с кресла. Я вжималась в диван по мере того, как он приближался ко мне, по-бычьи наклонив голову, в руке у него сверкнул нож. Я не узнала собственный голос:
– Пожалуйста, не надо.
Он не ответил, занося нож надо мной, я зажмурилась и приготовилась к неизбежному.
Вся жизнь пронеслась перед глазами, мама, Женя, Руслан, обнимающий меня на кухне. При воспоминании его объятий сердце забилось в тревожном ритме. Я приготовилась к удару, но его не последовало, вместо него меня потянули за волосы и Болик отрезал прядь волос.
– Зачем? – прошептала я.
Ответа и не ожидала, но он прозвучал:
– Для того, чтобы поднять ставку.
– Тогда в следующий раз отрежете мне пальцы?
– Смотря на твое поведение.
Болик кивнул Лелику и вышел, неплотно прикрыв дверь, и я услышала крики. Крики Вари, умоляющую не трогать ее. Раздался пьяный смех.
– Что они делают с ней?
Лелик покачал головой.
– Не спрашивай, если не уверена, что захочешь услышать. Молись, чтоб они не вспомнили о тебе.
– Отпусти меня, пожалуйста.
– Об этом даже не проси. Сиди тихо.
Я закрыла ладонями уши.
Руслан
Это мука сидеть и ждать. Ожидание и неизвестность сводили с ума. Я мерил комнату шагами, бросаясь то к окну, то в дверь. О Лере и Варе нет вестей уже три дня. Женька, оставив меня дома, рыскал по местности, он все проверил, с ребятами прочистил все уголки района, но девушек нигде нет.
Соседка Леры видела, как та садилась в машину, к незнакомым парням, на дороге осталась ее сумка, поэтому она и позвонила мне. Мой отец и отчим Жени подключили все связи, но результата нет.
Надя надежно спрятана от посторонних глаз, и никто не собирался ее отдавать, хотя чаша весов, явно не в нашу пользу. Артур требовал отдать ему жену, взамен на Леру и Варю. А мы тупо тянули время.
Отчаяние – мой верный спутник. На Женьку страшно смотреть, он осунулся, практически не спал и не ел, проводя все время в поисках, глаза ввалились, взгляд пустой.
– У меня есть план, – заявил он мне, – Но он тебе не понравится.
– Если ты собираешься его убить, я за лопатой.
– Серьезно? Ты мне разрешаешь?
– Полный полет для твоего творчества, – язвительно разрешил я.
– Если меня посадят, если я просчитаюсь, обещай навестить, – попросил Женя. Странный блеск его глаз насторожил меня.
– Если нас поймают. Найди их.
– Если— хорошее слово.
– И я о том же.
Женя вышел из комнаты, о чем— то говоря по телефону, я устало закрыл глаза. Невыносима мысль о том, что ей могут причинить боль. Причинить боль ее рукам, губам, телу, сделать с моим ангелом что-то вопиющее и жестокое.
От этих мыслей голова грозила взорваться. Два часа назад мы с Женей получили конверт с локоном Леры, и теперь я настроен решительно.
– К тебе гости, – произнес Женя, сторонясь и пропуская вперед Петра, к нашему общему изумлению.
– Тебе чего?
– Я хочу помочь. И могу.
Я, сложив руки на груди, уставился на него.
– С чего бы это?
– Я могу помочь. Серьезно. Вам помощь любая нужна.
– Он прав, Руслан. Я за.
Я возмущенно уставился на друга. Петр уставился на нас обоих.
– Ладно, спасибо, – выдавил я из себя. Петр даже вздохнул с облегчением.
Вслед за ним пришел и дядя. Мне не с руки называть его так, разница в возрасте у нас всего 5 лет и смешно называть так того, кто годится тебе в братья. Мы давно с ним на ты и поэтому его появление неудивительно.
– Собрались парни без меня? – улыбаясь, произнес Алекс.
Спустя час мы готовы. Наш план прост и сейчас мы с Женей лежали на холодной земле, прижимаясь к ней словно к любимой и ждали Диму, брата Артура.
– Готов? – прошептал Женька, его глаза горели в сумерках, отливая жидким золотом.
Я сухо кивнул. Мне уже все равно.
Димку мы выловили. Пару затрещин, и он рассказал, где находятся девушки:
– Только вам не по зубам это. Мы подготовились. И, кстати я не уверен, что, Варя захочет уйти.
– Что ты с ней сделал? Что? – Женя вышел из себя и Диме это понравилось. Он словно ждал этого.
– Ей знаешь, понравилось наше мужское внимание.
Если бы не Алекс, вовремя перехвативший окаменевшего Смирнова, дело приняло еще худший поворот.
Димка заулыбался и тут же улыбка сползла с его лица, ощутив удар по ребрам уже от Леши.