Потом начал отстраняться, взялся за её плечи, оттягиваю от себя.
- Подожди…
- Ты чего? - она отпряла, села на место, смотрит на меня, прищурилась, заметила моё настроение, - что-то случилось?
- Да, случилось, - кивнул я.
-----
- Ты решил незапланированно встретиться со мной, мой котик? Я знала, что ты без меня не можешь. Я тоже без конца скучаю по тебе, - она полезла меня щупать, и я прямо усилием воли заставил себя взяться за её руки и отодвинуть.
Только тогда она остановилась. Обычно я так не делаю. Обычно я позволяю ей многое, прямо тут, за этим углом.
- Что-то я не поняла, ты что, не скучал? – обиженно надула она губки.
- Натали, подожди, - я взял салфетку, вытер свои губы от следов её помады, - я приехал не за этим.
- А зачем? - она села прямо, пронзительно смотрит на меня.
Я стушевался. Как ей сейчас сказать, что это всё. Больше ничего не будет. Самому не нравится эта ситуация, я, честно, не хочу ничего прекращать, а надо. Как ни крути, надо.
- Мы должны это закончить, - говорю, глядя прямо ей в глаза.
Они у неё ярко-голубые, с чернющими, кажется, приклеенными, ресницами. Но всё это на фоне золота волос смотрится обалденно. Вся она смотрится обалденно. И я должен сейчас закончить наши отношения. Скажу прямо, это нелегко. Никак, ни с какой стороны, нелегко.
То есть, прямо сейчас я должен высадить её у дома, и это будет наша последняя встреча.
Уф. Как-то вообще несправедливо. Я совсем не готов, нельзя ли как-то по-другому.
Странно, что во время наших страстных встреч и даже после них, я никогда не рассматривал Наташку в роли своей жены. Много раз представлял, что можно было бы развестись с Верой и попробовать жить с Наташкой. Она бы, аж бегом развелась с Глебом. Но каждый раз что-то мешает представить эту картинку полностью. Так, чтобы всем было хорошо. Я всегда видел несчастную, брошенную Веру и злого на меня по гроб жизни Глеба.
Но даже не это меня останавливает. Не знаю. Наташка, как жена, вот никак не представляется.
Сейчас у нас с ней запретная связь. Это остро. Это интересно и опасно. Мы ходим по грани и это на грани дозволенного, вернее, за гранью. Но если вдруг она окажется на месте Веры… нет, не представляю.
- Я приехал сказать, что мы больше не будем с тобой встречаться.
- Как это, подожди, почему? - она стала совсем серьёзной, свела татуированные брови, - объясни нормально, что случилось?
- Вера узнала. Она нашла какую-то твою штуку на даче, сопоставила всё и…
- Чёрт, вот, блин, - Наташка закусила губу, глянула в окно на проходящих мимо людей, но молчала недолго, резко повернулась, - подожди, так может это и хорошо. Она всё узнала и ладно. Даже отлично. Расходись с ней, а я со своим умником и будем вместе. Это же намёк, ты что, не понимаешь? Согласись и всё. Что ей останется, только с тобой разойтись.
- Стоп, подожди, а ты меня спросила? Хочу ли я разводиться? - недовольно сжал руль и стукнул по нему.
- А ты не хочешь? – она нахмурилась, - Котик, ты что, не хочешь быть со мной постоянно, двадцать четыре часа в сутки? - она снова на меня начала наваливаться.
Её грудь оказалась прямо перед моим взглядом, и я сглотнул.
Тяжело, конечно. Но я сопротивляюсь.
- Подожди, сядь, - снова посадил её на место, - я не хочу разводиться с Верой, тем более, теперь, когда она беременна.
Наташка повернулась всем телом и глаза вытаращила.
- Как это? Ты же говорил, у тебя сперматозоиды ленивые, - проговорила удивлённо.
- Неактивные, - поправил, - Ну, вот, оказался какой-то активный, - я довольно улыбнулся.
- Вы же сколько лет уже живёте и ничего. Ты говорил, что у вас никогда не будет детей! – повысила она голос.
- Получается, будут.
Этот факт мне самому удивителен и очень приятен.
Сколько мы анализов сдали, сколько лечили меня, чтобы хоть кто-то из них оказался активным. И вот, когда уже перестали надеяться и бросили, решили жить спокойно и не ждать, кто-то там наверху нас услышал и послал всё-таки одного живчика. Чему я, несказанно, рад.
Всё показалось неважным, а вот беременность Веры, словно впрыснула в меня новые силы, новые надежды. Желание делать больше и лучше. Не буду отрицать, я всегда на это надеялся, я ждал. И теперь не брошу Веру, ни за что, ни за какие глаза, грудь и бёдра Наташки. Никогда не брошу.
- Вот поэтому всё кончено, - подытожил я.
- Но как же так, ведь мы так хотим друг друга. Ты без меня не сможешь, признайся, не сможешь? Я не хочу отказываться от тебя. Пусть она носит ребёнка, но зачем меня бросать? Зачем? Ты пойми, то, что между нами происходит, никогда у тебя не будет с твой женой, - положила ладонь мне на ногу и гладит.