Но что, если это не Леандер? Он взял, в конце концов, и всё разгласил, и кто-то из его семьи пришёл, чтобы из-за этого угрожать мне? Были ли телохранители в состоянии причинить мне вред, чтобы предотвратить то, что люди узнают о них?
На самом деле это было нелогично, бояться Sky Patrol, так как они боролись со смертью, но, как и в первый момент прибытия семьи Леандера, я боялась. Я ожидала от родителей Леандера всё что угодно. Но я не могла разбить лагерь на всю ночь перед моей дверью.
— То, что там внутри опасно? — спросила я Могвая приглушённым голосом. Он утолил свою жажду и безучастно смотрел на дверь. Он как всегда не был мне хорошим помощником.
Хорошо. Если Леандер всё разболтал и поэтому этот призрак находится здесь, тогда мне придётся доказать ему обратное. Любой ценой я должна притвориться, будто не замечаю это мерцание света. Я соберу всё своё мужество воедино и пройду прямо сквозь него.
Я нажала на ручку двери, сдержанно зевнула, прошла мимо кровати, приблизилась к серебрено-серому мерцанию, не разглядывая его подробно. Не останавливайся, Люси, иди дальше, всё время дальше, как в паркуре, уговаривала я себя, — и как раз хотела погрузиться в него головой, как он отступил в сторону и при этом издал тонкий, почти неслышный звон. Я снова зевнула и при этом вытянула руки высоко вверх, но мерцание снова в последний момент увернулось. Третья попытка была бы слишком очевидной. Поэтому я поставила наполовину наполненную миску в угол, выключила свет, и притворилась, что уснула.
Странно было то, что я действительно заснула. Внезапно я стала приятно уставшей и чувствовала себя так безопасно, как ещё никогда в жизни. Всё будет хорошо, думала я удовлетворённо и позволила этому чувству унести меня прочь. Это чувство длилось ровно столько, пока в моём сне не появился Леандер. Когда я посмотрела в его глаза хаски, то внезапно проснулась. Чёрт, в моей комнате был новый телохранитель, и я должна была посмотреть на него! Как только я могла уснуть?
Лихорадочно я размышляла, что мне делать. Было бы это подозрительно, если бы я села и при этом смотрела то туда, то сюда, сейчас, прямо посреди ночи? До этого я всегда спала как мёртвая и никогда не просыпалась ночью. Но если мерцание было новым охранником, то он, вероятно, не знал об этом. Кроме того по словам мамы я находилась в переходном возрасте. А в этом случае было разрешено почти всё.
Я вздохнула, медленно села, притянула колени к себе, обхватила их руками и посмотрела в окно.
— Ах, если бы ты только был здесь, — прошептала я в тишине. Могвай во сне пукнул и перевернулся на другую сторону. Я бы с удовольствием закрыла нос, но я разыгрывала любовную тоску, а если тоскуешь по любимому, то пердёж собаки не должен мешать, сказала я себе строго.
Теперь предстояла настоящая задача: Мне нужно будет провести взглядом по всей комнате и посмотреть при этом на охранника, и в то же время не смотреть. Равнодушный взгляд — да, я уже часто упражнялась в этом. Билли и Сердан могли в совершенстве изображать равнодушный взгляд, и когда я была рядом с ними, они ожидали от меня, чтобы я тоже так смотрела. Это была одна из этих вещей, которые делали мальчишки. Они всегда смотрели так, будто вместо мозгов у них воздушный пузырь, и считали это ещё классным.
Я вздохнула ещё раз и отвернулась от окна, потёрла лицо (это я переняла от Леандера) и подтянула ноги ещё чуть-чуть ближе к себе. Краем глаза я видела, что фигура из света всё ещё парила над письменным столом. Пошёл отсюда, это место Леандера, подумала я сердито, но сразу же сосредоточилась на моём задание. В первые секунды я полностью смотрела сквозь фигуру. И это было не сложно, так как она была полностью прозрачной — намного прозрачнее и светлее, чем были Леандер и его семья.
Так, тем не менее, теперь я должна была попытаться что-то увидеть. И при этом состряпать лицо похожее на воздушный пузырь. Что делали Билли и Сердан ещё раз в такие моменты? Ах, плевали на пол. Нет, это будет вероятно не подходящим. Я была всего лишь девочкой, которая не могла уснуть. А мучающиеся из-за любовной тоски девочки точно не плюют на пол.
Постепенно картина начинала сформировываться — и мне нужно было терпение, так как у фигуры были пульсирующие, расплывающиеся контуры, которые напоминали мне амёбу из последнего фильма, который мы смотрели по биологии. Скользкое, расплывчатое непонятно что. В тоже время оно оставалось заметно спокойным; оно не покидало свою позицию ни на одну секунду, точно над столом. И у него было лицо — ну ладно, что-то похожее на лицо. Оно не всегда было там, только иногда, но оно не менялось. И оно выглядело так скучно, что мне чуть ли не захотелось зевать. Тонкий, серьёзный рот, прямой нос, короткие, прилипшие к голове и строго разделённые пополам волосы, очки в проволочной оправе и выпирающей подбородок. Веки были опущены. И тем не менее я чувствовала себя под постоянным наблюдением, даже когда мой взгляд прошёл мимо него и уставился тупо на текстуру моего шкафа. Я чувствовала этого охранника. Я чувствовала его, хотя он не смотрел на меня.