— В любом случае, рыба не ведет себя как обычно и не появляется в тех местах, где она обычно бывает в это время года, поэтому не знаю, почему он считает, что плохая погода может что-то изменить.
Дождь прибил рыжие волосы Фергюса, из-за этого они стали темнее и на шею с них стекала вода, он смотрел на водную поверхность перед ними, и на его лице было задумчивое выражение.
— В этом есть резон, несомненно, — сказал он в более официальной манере, чем прежде. Маркус подумал, что так разговаривают иностранцы, но только вот акцента у него не было. — Мы тоже это заметили. Рыба не там, где должна быть, а вместо этого появляется в самых неожиданных местах.
— Мы? — немного подозрительно спросил Маркус. — Мне казалось, что ты говорил, что не особо рыбачишь.
«Может он шпионит за рыболовными маршрутами его отца для какого-то конкурента?»
Бека и Фергюс молча обменялись взглядами; Фергюс сморгнул капли дождя своими до невозможности длинными ресницами.
— Э-э, я имел в виду, мы — дайверы.
Угу.
Бека постоянно маячила возле него, отвлекая своей близостью.
— А если я смогу найти немного рыбы, думаешь твой отец согласиться вернуться?
Маркус фыркнул.
— Конечно. А что, у тебя где-то припасено?
Фергюс закатил глаза, указывая на скудное одеяние Беки.
— И где же в этом возмутительно-прекрасном одеянии, она смогла спрятать что-то большее горошины?
Бека игриво стукнула его по руке, моментально вызывая в груди Маркуса высокочастотное электрическое гудение.
— Не совсем, — сказала она.
— Похоже, в этом вопросе нет особого смысла, не так ли?
Он сердито глянул на Беку, он устал от дождя, лодки и воспоминаний, которые всегда преследовали его в такие дни. Если бы у него была волшебная палочка, то он махнул бы ею и заполнил трюм рыбой, чтобы побыстрее оказаться на берегу с бутылочкой холодного пива и попытаться все забыть.
Удивительно, но на вечно радостном лице Фергюса появилась тревога.
— Что ты задумала, Баба?
— Баба? — спросил Маркус, переводя взгляд с одного на другого. — Я думал тебя зовут Бека.
— Это вроде прозвища, — пояснила она, легонько пихнув босой ногой Фергюса. — Мы обычно не используем его на публике.
Ну что ж, вот и ответ на вопрос. Не то, чтобы ему было до этого дело.
Фергюс прочистил горло.
— Итак, Бека, и как именно ты собираешься найти эту неуловимую рыбу?
Он многозначительно посмотрел на Маркуса, у которого создалось необычное ощущение, что он пропускает какой-то невидимый ему разговор.
Лицо Беки тоже стало серьезным, и, развернувшись к океану, она сказала:
— Я собираюсь спросить того, кто знает, конечно, — и опасно склонилась через борт.
Глава 7
Бека пронзительно свистнула, она знала, что ее свист будет слышен достаточно далеко над водой. К тому же, она сразу послала беззвучный магический зов во всех направлениях. Пару минут спустя получила ответ, когда пара серых плавников, рассекая такую же серую воду, направились к ней.
Справа она услышала тихий смех, а слева возглас удивления, но не стала обращать на них внимание, сосредоточившись на двух дельфинах, которые уже были рядом с медленно движущемся судном. Но ей нужно было подобраться поближе, если она собиралась получить нужную ей информацию. Маркуса удар хватит.
— Я знаю, что делаю, — сказала она, и прежде чем он успел остановить ее, схватила одну из веревок для швартовки к причалу и выбросила ее за борт. И слезла по ней вниз, игнорируя колючие волокна, которые обдирали ее пальцы, и холодные брызги бушующего моря. У себя над головой она краем глаза отметила, что Фергюс оттаскивает Маркуса, когда тот собрался спуститься за ней.
Это к лучшему. Она и так уже превысила ограничения. Не за чем ему еще знать, что она свободно говорит на дельфиньем.
— Баба! Баба! — радостно загомонили дельфины, выталкивая струи воды через дыхалко, добавляя брызг к и без того беспокойному океану, намочившему лицо и одежду Беки.
— Приветствую, друзья мои, — ответила Бека, пытаясь, как можно лучше воспроизвести свист и щелчки млекопитающих. — Я ищу рыбу. Вы не знаете, где я могу найти рыбу?
Пару минут спустя, она добралась до бортика лодки, от веревки болели руки. Мозолистые руки втянули ее на палубу и резко поставили на ноги, да так, что ее зубы клацнули.
— Ты что, последний ум потеряла? — лицо Маркуса было белым, а тело просто окаменело. — Умереть захотелось? О чем, черт побери, ты думала, когда решила прыгать за борт движущейся лодки во время шторма?