— Все самое лучшее для такого прекрасного, милого создания, как ты, — отозвался Кеш с преувеличенным поклоном. Он уже чувствовал, как она подпадает под его чары.
Бека слегка улыбнулась ему. Причем, судя по ее улыбке, она скорее забавлялась, чем благоговела, но выражение лица девушки мгновенно скрылось за завесой белокурых волос, упавших ей на лицо.
— Боюсь, я немного неподобающе одета, — прокомментировала девушка, махнув рукой на простую юбку, разукрашенную с помощью батика, и красный топик с завязками на шее. — Если бы я знала, что мы будем ужинать у Ритца, я бы надела свои бриллианты.
Ошеломленный на мгновение, Кеш быстро восстановился и дополна напомнил бокал девушки шипучей нирваной.
— Ты прекрасно выглядишь независимо от того, во что одета, Баба Яга. И я был бы рад украсить тебя жемчугом из тысяч раковин, скажи ты лишь слово.
Бека слегка подавилась шампанским.
— Боже мой. Обычно это срабатывает?
Искорки в глазах девушки смягчили язвительность ее слов.
Кеш одарил ее печальной усмешкой.
— Это и вправду срабатывает с другими, но, боюсь, моя попытка не впечатлила тебя, дорогая. За что я извиняюсь. У меня не было желания никого обидеть.
Бека рассмеялась, угощаясь крекером с черной икрой.
— О, я впечатлена, Кеш. Это восхитительный пикник, и я намерена наслаждаться каждым кусочком этих лакомств. Но тебе стоит придержать эти цветастые комплименты для той, которой они больше подойдут. Я не из тех девушек, кто напялит на себя тысячу жемчужин, добытых из раковин устриц.
Кеш изучал девушку в лунном свете, переосмысливая свой первоначальный подход к этой загадочной Бабе. Она действительно была прекрасна, ее золотистые волосы мерцали серебристым светом в зачарованном отблеске луны, пока она отдыхала напротив него на чувственном шелковом покрывале. Было бы обидно уничтожить такую красоту. Ему просто нужно выработать более тонкую стратегию.
— Расскажи мне, — сказал он, пристально разглядывая ее поверх своего бокала, — как продвигается поиск решения проблемы моего народа?
Ее расслабленная поза испарилась. Девушка подтянула ноги, накрыв их юбкой, и, ссутулившись, обняла руками колени.
— Боюсь, все не так хорошо. Я все еще не нашла ничего существенного.
Вливая в ее бокал еще шампанского, Кеш изобразил сочувствующий взгляд, чтобы поощрить девушку.
— О, как жаль. Морской народ и Шелки надеются на тебя. — Он покачал головой. — И ты понятия не имеешь, что могло отравить воду?
Бека отложила кусочек омара, который собиралась съесть.
— Я отвезла образцы из разных мест моему другу в Калифорнийский университет в Санта-Круз. У них есть удивительные современные лаборатории, и я ожидаю, что он перезвонит мне о результатах в течении нескольких дней. — Девушка послала Кешу напряженную улыбку. — Можешь передать своему отцу, что я ищу ответы так быстро, как могу.
Кеш не видел смысла упоминать, что не разговаривал с отцом уже шесть месяцев, а вместо этого положил тонкую устрицу в рот. Она имела привкус моря, соленая и гладкая, с сущностью океана. Кеш тоскливо посмотрел на волны, тихо шелестящие у берега, прежде чем вновь вернул свое внимание к собеседнице. Сейчас его место здесь, и он не собирался терять его. В конце концов, Кеш будет управлять им, захватывая кусочек за кусочком, пока ему не будет принадлежать все. Уничтожение моря, из которого он явился, больше не может считаться просто забавной побочной задачей.
— Как только ты узнаешь, что загрязняло домашние воды в котловане, что ты собираешься делать? — спросил Кеш, словно из праздного любопытства. — У тебя есть план?
Даже в темноте летней ночи он мог видеть краску, что окрасила ее высокие скулы в розовый цвет, напоминающий внутренние стенки раковины моллюска.
— Конечно, но это зависит от того, в чем именно будет проблема, — ответила Бека.
Кеш пожал плечами.
— Наверняка это какая-то человеческая ошибка, вызванная их извечным посягательством на наш мир. — Намек на горечь сожаления окрасил его голос. — Мы никогда не должны были позволять им загонять нас на такую глубину и скрываться, словно маленькие испуганные рыбешки от неумолимых зубов акулы. Мы здесь хищники, не они.