Но она не могла придумать, как сказать Кешу, что хочет отдохнуть от его компании, не обидев его чувства (или оскорбив его королевского отца, что было бы еще хуже). Поэтому она проводила утро с ворчливым бывшим морским пехотинцем, а вечера с чересчур обаятельным Шелки, и ей все это начинало ей надоедать.
На самом деле, она не очень хорошо себя чувствовала. Наверно дело было в частых ныряниях, глубже чем следовало бы, даже для нее, и надо было есть меньше на этих пирушках у моря. Не говоря уже о том, что слишком много ночей она провела без сна, уставившись в обшитый панелями потолок автобуса, пытаясь понять, что же ей делать, если она не сможет решить эту проблему и оправдать свое звание Бабы Яги. Или хочет ли она вообще быть Бабой Ягой. Ее тридцатый день рождения стремительно приближался, а она все еще не приняла решение. Хотя она уже пару раз пропустила прием Живой и Мертвой Воды, в основном потому, что не чувствовала себя достойной пить волшебный эликсир, который поддерживал ее молодость и повышал магические способности.
* * *
Кеш сидел в обшарпанном деревянном кресле, словно на троне, его черная шелковая рубашка и дорогие льняные брюки были так же неуместны в грязном, маленьком офисе, как орхидея в поле одуванчиков. На стенах выцветшие карты рыболовных маршрутов перемежались фотографиями многочисленных поколений людей в лодках, мужчин, демонстрирующих гигантских рыб, и само здание, когда оно было новым и блестящим.
Лео Коетке устало покачал головой, сидя за столь же потрепанным металлическим столом, заваленным счетами, квитанциями и разными другими бумажками, на которых лежали обломки, извлеченные из моря.
— Я уже говорил вам, мистер Кеш, что не заинтересован в продаже перерабатывающего завода. Мой дед начал это дело вместе со своими братьями, мой отец управлял им до самой смерти, и я не собираюсь отказываться от фамильной собственности. Да, последние пара лет были непростыми, жестокая конкуренция с заграничными компаниями, и еще этот экономический кризис, но мы все еще держимся. Так что, боюсь, Вам придется искать другое место, чтобы построить свои роскошные квартиры.
Кеш откинулся на спинку стула, который протестующе заскрипел, и добродушно улыбнулся своему собеседнику. Ни слегка обветшалое окружение, ни их невысокий лысеющий хозяин не произвели на него особого впечатления. Но у него были планы, которые могли все изменить. Власть на Земле была связана с деньгами, и Кеш обнаружил, что ему нравится играть в игры, которые приносят ему больше того и другого.
— Я слышал, что рыба в этом году не очень хорошо ловится, и Вам пришлось провести сокращение персонала, — сказал Кеш.
Лео пожал плечами, его мозолистые пальцы беспокойно теребили кусок старого железа, который когда-то мог быть частью якоря.
— В какие-то годы рыба идет хорошо, в какие-то нет. Такова природа бизнеса. Через пару недель все может измениться. — Он начал подниматься со своего места. — Если мы здесь закончили, я должен вернуться к работе. Нужно проверить оснастку лодок, и это не будет сделано, пока я сижу здесь и разговариваю с Вами. Как я уже упоминал, я не собираюсь ничего продавать.
Кеш не двинулся с места, продолжая улыбаться. Но в его серых глазах светилась злоба.
— Я также слышал, что Вы не выплачиваете работникам зарплату, Вы должны деньги поставщикам, и Вам пришлось взять большой кредит под залог имущества. Какой позор, когда Ваша семья так долго владеет зданием.
Невысокий мужчина откинулся на спинку кресла и окинул взглядом захламленное пространство своего стола.
— Я не знаю, откуда Вы берете информацию, но это не Ваше дело.
Кеш поднял одну бровь.
— Но ведь это правда, не так ли? Точно так же верно и то, что если рыба в скором времени не вернется, Вы будете вынуждены закрыть свое предприятие, хотите Вы этого или нет. — Он наклонился ближе, излучая ауру угрозы, которая ранее была скрыта от глаз. — Не лучше ли будет сейчас продать Ваш бизнес мне, чем ждать, пока Вы будете вынуждены закрыться и ничего не получите?
Лео прикусил губу, проводя рукой по уже взъерошенным волосам.
— Я не могу просто так все продать. Дело не только в том, что бизнес был в семье в течение трех поколений. Я один из крупнейших работодателей в этом районе; если я закроюсь, где мои люди получат работу? Они зависят от меня, от этого места. Ваши квартиры могут дать работу только садовникам да горничным. Я не могу продать производство. — Железяка, с которой он играл, выскользнула из его пальцев и незаметно упала на выщербленный линолеум.