Чуи издал рвотные звуки. Громко.
— Угомонись, — сказала Бека, втайне соглашаясь с ним. Она тоже не была склонна к лести. Может быть, именно поэтому ей так нравился Маркус; он никогда не пытался ей льстить. Или вообще сказать что-нибудь приятное, по большей части. Это своего рода успокаивало.
— Ты ведь не собираешься идти к нему, правда? — Спросил Чуи, следуя за ней в дом. — У тебя есть загадки, которые нужно разгадать, и плохой парень, которого нужно выследить. У тебя нет времени тратить его на принца, который не так очарователен, как думает.
Бека стояла с цветами в руках, пытаясь сообразить, куда бы их поставить, чтобы они не воняли. Наконец, она открыла дверь в Иноземье и бросила их внутрь, прежде чем ее стошнило бы от запаха. Некоторым пикси они понравятся. Черт, учитывая размер букета, целому племени пикси.
— Мне все равно нужно поговорить с ним об этом предателе. Он должен что-то об этом знать. — Она снова попыталась проигнорировать ворчливый голос, говоривший, что он уже признался в саботировании рыбного промысла Людей-рыбаков. Но ведь несколько детских шалостей не делают его злодеем.
* * *
Через пару часов раздался резкий стук в дверь. Бека оторвалась от изучения древнего тома по магии и чуть не уронила бесценную реликвию на пол, когда дверь с грохотом распахнулась и на пороге оказалась пухленькая женщина с длинными вьющимися седыми волосами и в яркой цветастой тунике поверх пышных брюк с поясом. На шее у нее висели разноцветные ожерелья из бисера, а аромат пачули опережал ее, словно трубач, возвещающий о ее присутствии.
— Здравствуй, милая, — сказала Бренна, вплывая в комнату. — Надеюсь, ты не возражаешь, что я сама вошла, просто мне все равно кажется странным стучаться в свою же дверь. — Она издала пронзительный смешок, окинув помещение критическим взглядом.
— Боже мой, ты, похоже, кое-что изменила, не так ли? — Поджатые губы свидетельствовали о явном отсутствии одобрения. — Где все мои диванные подушки? Место выглядит унылым.
Бека с вздохом опустила книгу и попыталась собраться с духом от этого неожиданного визита. В конце концов, Бренна вырастила ее и научила всему, что знала сама. Бека была уверена, что это означает, что она должна быть счастлива видеть своего наставника. Так почему же она чувствовала, как у нее сводит живот, и ссутуливаются плечи?
— Здравствуй, Бренна. Вот так сюрприз, — произнесла Бека. — Последнее, что я слышала, что ты наслаждаешься своим уединением в каком-то тропическом уголке Иноземья. — Она встала и подошла к Бренне. Они не обнялись. Несмотря на ее добродушный вид, Бренна никогда не обнималась. — Могу я предложить чаю?
— Выпрями спину, дорогая, — сказала Бренна, усаживаясь в кресло. — И да, спасибо, что-нибудь травяное, пожалуйста.
— Я слышал, паслён — хорошая трава, — прорычал низкий голос из-за дивана. Чуи неторопливо вошел в поле зрения и посмотрел на Бренну прищуренными глазами. — Как насчет чего-нибудь из этого? (паслен — растение, листья и ягоды которого ядовиты — прим. перев.)
Седовласая женщина усмехнулась.
— О, Чуи, тебе всегда нравилось дразнить меня. Я скучала по тебе, — мимолетный взгляд метнулся туда, где стояла Бека, жонглируя кружками и банкой меда. — И по тебе, конечно, тоже милая.
— Конечно, — пробормотала Бека. Она протянула Бренне дымящуюся чашку чая и села рядом со своей.
— Что ты здесь делаешь, Бренна? — Спросил Чуи со своей обычной прямотой. С таким же отсутствием утонченности он опустился на пол у ног Беки, давая понять, что его преданность принадлежит нынешней Бабе, а не старой.
Бренна лишь приподняла бровь, явно не тронутая этим.
— Я проверяю, как поживает Бека; мне казалось, это очевидно. Я слышала, что у нее возникли некоторые трудности с ее первой большой задачей, и я подумала, что просто заскочу, чтобы узнать, могу ли я чем-нибудь помочь. Нужно предлагать поддержку и помощь своим друзьям, или что-то в этом роде.
Чуи фыркнул, и Бренна сжала губы, пока они не превратились в тонкую красную линию.
— Если тебя что-то не устраивает, дорогуша, почему бы тебе не прогуляться? Нам с Бекой нужно обсудить дела Бабы Яги. Твое присутствие не требуется. — Она сделала прогоняющее движение.
Бека открыла рот, чтобы возразить, но пес только пожал массивными плечами и пробормотал: — Я забыл, как сильно ненавижу запах масла пачули. — Он окинул Бренну оценивающим взглядом. — Я отлучусь ненадолго. Предполагаю, что визит будет недолгим.
Голова Беки металась взад-вперед между ее наставницей и собакой-драконом. Почему раньше она не замечала, как сильно они не любят друг друга? Она вздохнула, желая, чтобы Чуи остался, но, понимая, что ей придется самой встретиться со своим предшественницей.