Это письмо пришло после первых встреч с Леной М.; каждое воздействие (не выношу слова «сеанс») здесь, в Москве, не превышало 40–50 минут. После заочных воздействий был еще один приезд в Москву родителей с Леной на три. или четыре дня. Второе письмо — уже почти справка: что было и что стало.
Пишет муж о состоянии здоровья жены Зои Васильевны Г. (средних лет женщина, много лет на почве гипотонии страдает головными болями):
«Докладываю о состоянии здоровья Зои. Первые два дня головные боли были умеренные. Следующие три дня голова не болела совсем. Спит хорошо.
Москва, 2.III.75 г.»
В данном случае потребовалось всего три воздействия. Рецидива не наблюдалось.
Пишет молодая женщина из Ленинграда Галина Т., десять лет страдавшая не поддающейся никакому лечению странной болезнью — ежедневным покраснением носа (иногда до свекольного цвета) с 18.00 до 20.00. После моих «колдовских», как выразилась Галина в письме, манипуляций краснота исчезла.
Николай Иванович М. из города Светлый Калининградской области. Привожу его первое письмо:
«Я убедительно прошу Вас принять меня. Раньше я поверхностно слышал о лечебном магнетизме. После того как я перенес первый инсульт (острое нарушение мозгового кровообращения), мне посчастливилось познакомиться с А. Н. Хованским, который рассказал о ваших способностях. Врачи говорят, что у меня не было и нет кровоизлияния в головном мозге, а просто возникают спазмы сосудов, что и вызывает тяжелые головные боли, которые практически не оставляют меня ни на один день.
Пожалуйста, помогите, л скоро буду в Москве. Не имея другой фотографии, я высылаю вам семейную, с женой и сыном. Заранее благодарен. Н. М. 14. IX. 75 г.»
Это письмо я получил в тот вечер, когда у меня дома собралось несколько моих знакомых, объединенных общим интересом ко всему необычному. Я дал прочесть письмо присутствующим и показал присланную фотографию.
— Что вы скажете о состоянии здоровья членов этой семьи? — спросил один из моих гостей, слышавший о моих экспериментах с диагностированием по фотографиям.
— Попробую, — ответил я, всматриваясь в лица жены и сына М. и фиксируя их во внутренней зрительной памяти (определение мое, рабочее. — В. С.). Речь идет не о физиогномике — полузабытой науке, позволяющей, как утверждается в старых книгах, подмечать малейшие изменения в чертах лица в связи с тем или иным заболеванием, а о создании во «внутреннем умозрении» этакого строго индивидуального комплексного портрета человека.
Как это делается, я расскажу чуть позже.
Ну так вот, всмотревшись в лица и «подвесив» где-то внутри себя облики этих трех людей, я сказал, что кроме головы сам Н. М. жалуется еще и на половую сферу, у его супруги двустороннее воспаление придатков, а у мальчика какое-то кожное заболевание запястий.
Присутствующие с недоверчивой вежливостью сказали, что интересно было бы позже узнать, насколько прав оказался предсказатель. Через несколько дней М. был у меня и полностью подтвердил все сказанное о себе, о жене и сыне.
Я «снял» у него головные боли и предложил оказать помощь его жене — заочно избавить ее от женских недомоганий. М. согласился, и мы условились, что он через день позвонит домой и спросит о достигнутых результатах. Боли действительно прекратились.
Позднее я ему как-то написал, что у его супруги какие-то нелады в левом боку, выше ранее болевшего придатка. И не только сказал, но и «подключился» на расстоянии, сообщив об этом постфактум. Вот выдержка из его длинного ответного письма:
«Галя даже засмеялась и покраснела, когда я ей прочел Ваше письмо, где Вы пишите, что «подключились» к ней. Бы совершенно правильно узнали, что ояа чувствовала боль в левом боку у которой уже нет. А ее придатки в настоящее время давно уже совсем не болят, и она это относит полностью на счет Вашей заботы…»
Приводя выдержки из писем М., я хочу показать, что это одно из многих подтверждений возможности действительной помощи на расстоянии. При этом надо подчеркнуть: удаленность объекта не имеет никакого значения. Последний самый удаленный от меня больной (рецидив болезни Боткина — инфекционной желтухи) находился в Южно-Сахалинске.
Можно привести множество примеров совершенно неоспоримых, свидетельствующих о том, что пересылаемая энергия не знает препятствий, будь то стены зданий или большие расстояния. При этом не надо даже знать, где в данный момент находится человек, которому необходимо помочь. Достаточно как бы материализировать его образ в сознании, и посылаемое найдет адресат, где бы он ни находился.
За эти годы накопилось множество убедительных фактов, свидетельствующих о том, что в феноменологию могут быть внесены наблюдения, подтверждающие необходимость отказа от ограничения своих представлений тесным кругом осязаемого. Сейчас, когда «магическое» врачевание по интересу для меня отошло на второй план, надо сказать, что без него я бы никогда не прикоснулся к области явлений, которым не находится рациональных объяснений.
Обрывая на этом рассказы о больных, я хочу привести несколько мыслей из письма врача-психиатра из Черкасс, воочию убедившегося, как он пишет, в тонкости моего диагностического метода. Он советует стать инициатором нового направления в подходе к человеку, в оценке его состояний. Современная медицина, по его мнению, вращается по магической орбите поиска, изобретения все новых фармакологических средств, а количество больных от этого никак не уменьшается. Многие заболевания характеризуются потерей физического и психического тонуса, падением энергетического потенциала. Применение в подобных случаях различных медикаментозных средств и гипнотических методов воздействия далеко не всегда эффективно. И далее: «Расширение масштабов целительской практики, подобной вашей, способствовало бы не только появлению совершенно нового раздела медицины, но и сказалось бы на культуре врачебного мышления».
Экскурс в историю. Антон Месмер
Я не стремлюсь убедить читателей в том, что биомагнетизм существует, приводя здесь случаи из личной практики. На эту тему написано множество книг, выдержки из которых я буду приводить, предоставляя вам возможность самим познакомиться с наиболее распространенными гипотезами и просто попытками как-то объяснить природу биомагнетизма.
Раскрываю объемистую книгу в ветхом кожаном переплете, самую старую из имеющихся у меня, — «Открытие тайны древних магиков и чародеев, или Волшебные силы натуры, в пользу и увеселение употребленные». Ее автор — сановный профессор Прусского королевского кадетского корпуса Г. Галль, переведена с немецкого языка и издана в Москве в 1888 году. А вот и глава II — «Опыты магнетические».
В этой главе на страницах 242–316 языком тех лет весьма пространно рассказывается о магнитах, магнетизме животных, «месмериаде», о том, как она начиналась А. Месмером с магнитов, прикладываемых к телу пациента и даваемых в толченом виде, о магнитных ваннах (с намагниченной водой), жезлах из стекла и металла. Подробности опущу. Автор мною назван, и интересующиеся могут эту книгу запросить в библиотеках. Но одно извлечение я все-таки сделаю. Оно касается главного — концепции Антона Месмера о единстве материи и энергии, которую он именует «всеобщей жидкостью», присутствующей во всем живом и неживом, только в различных модификациях.
Итак, читаем: «В праве месмеровской системы… взаимное влияние между небесных тел и тел одушевленных. Сие влияние производит всеобщая жидкость, которая, бью различным образом модифицирована, все известные жидкости, электрическую, магнитную и прочие, производит. Его (взаимного влияния. — Прим. ред.) начало есть мать всех прочих… единая коренная жидкость, или всеобщее побудительное колесо механики мира». Этим факелом освещает Месмер все темные места физики, упругости, приливы и отливы, огонь, свет, самый магнит и электричество. Месмер первый берет «оную (единую коренную жидкость. — Прим. ред.) на конец перста к употреблению в лекарство». И далее: «Когда сия жидкость в надлежащем равновесии в вас притекает, происходит из того гормона, который мы здоровьем называем, уклонение же оной от сего равновесия назьюаем мы болезнью».