– Зачем Вы все это мне рассказываете? – не выдержала я.
Мужчина повернулся ко мне и мягко улыбнулся, словно это не он только что рассказывал о хладнокровном убийстве некогда самого близкого человека.
– Может, я просто хотел высказаться, чтобы облегчить тяжесть на своем сердце? Или… Может Вы мне понравились, и я решил сразу рассказать о себе самое плохое. И если это Вас не оттолкнет, то я смогу надеяться на возможную благосклонность с Вашей стороны к уставшему и потерявшему свет магу?
Я в шоке открыла рот.
И закрыла его, не зная, что на это ответить.
Тут же вспомнилось, как я признавалась в своей симпатии Рену, а он выглядел шокированным и обескураженным. Мне это тогда показалось милым и забавным, только вот если он чувствовал что-то похожее на то, что чувствовала сейчас я, то стоит перед ним извиниться. Так-то не самое приятное чувство.
Ролан Грань мягко рассмеялся, разрушая возникшую неловкость.
– Мисс Найт, не стоит так напрягаться. Я же не предлагаю Вам прямо сейчас стать моей супругой, а всего лишь прошу у Вас позволения узнать друг друга получше.
Я фыркнула, стараясь расслабиться, и допила вино в бокале.
– Мистер Грань, честно говоря, я не знаю, что на это ответить. Не буду врать, что смущена, я больше растеряна. За мной никогда особо не ухаживали, да и обычно это я являюсь инициатором отношений, которые вспыхивают, как сухой хворост в жаркий день, и так же быстро прогорают, – эко я загнула, не иначе, как вино придало мне талантов рассказчика. – Но и говорить, что Ваше внимание мне неприятно, я тоже не буду. Ваш рассказ меня нисколько не оттолкнул, хотя я со многим не согласна и не понимаю, но вполне могу принять, ведь меня там не было. Да и судить Вас не в моей компетенции, ведь я и сама совершала поступки, которые сложно назвать благородными.
– Благодарю Вас, мисс Найт, – широко и довольно улыбнулся Ролан Грань, словно кот, объевшийся сливок.
Отчего-то от этой улыбки я почувствовала себя так, словно только что совершила большую ошибку, и снова вернулось ощущение нервозности.
На всякий случай, еще раз просканировала свой организм на предмет отравления себя любимой, но нет, все в норме, если не считать чувство легкого опьянения и банальной усталости.
– Неужели за Вами действительно никто не ухаживал? – поинтересовался преподаватель, разливая остатки вина по бокалам и убирая пустую бутылку под стол.
– Как я уже сказала, в этом не было нужды, – ответила я. – Если мужчина мне неприятен, я прямо об этом говорю, и это сразу отбивает охоту ухаживать, ведь есть много других симпатичных девушек, не столь строптивых. Если же встречаю того, кто меня заинтересует, то первая делаю шаг навстречу, не дожидаясь, пока бедолага оценит выпавшее на его долю счастье в моем лице.
– Вы невероятны, мисс Найт, – рассмеялся Ролан Грань. – За всю свою жизнь я ни разу не встречал никого, похожего на Вас. А те, кто отступился после первого отказа, просто глупцы, ведь настоящий жемчуг никогда не плавает на поверхности в легкой доступности. Но я рад, что смогу открыть для Вас что-то новое.
– А сколько Вам лет? – поинтересовалась я.
– А это имеет большое значение? – шутливо ответили мне вопросом на вопрос.
– Да, в общем-то, нет, – пожала я плечами, ведь в этом мире количество прожитых лет действительно не являлось показателем приближающейся старости. – Но все же интересно, как долго длилась Ваша жизнь. Ведь не встретить никого похожего за двадцать лет или за две тысячи лет – несколько разные вещи.
– Действительно, веская причина, – продолжая лучиться яркой улыбкой, согласился Ролан Грань. – Мне пятьсот двадцать семь лет.
– Ого, – не удержалась я. – Почти столько же, сколько и мне.
– Серьезно? – искренне удивился мужчина, изогнув одну брось.
– Ага, – с демонстративно серьезным выражением лица кивнула я. – Мне лет ровно столько же, только на пятьсот меньше.
На несколько секунд зависнув, Ролан Грань громко рассмеялся, откинув голову.