Спина демона перед нами напряглась, но парень молодец, даже с шага не сбился.
Так, подначивая друг друга, при немом сопровождении ледяного молодого демона мы и дошли до трапезной.
В зале уже был накрыт внушительных размеров стол, во главе которого восседал Ориан, а рядом с ним сидела очень худая, я бы даже сказала истощенная, демоница, без всяких сомнений находящаяся в положении. И молчаливый Зак, тихо сидящий на противоположной от них стороне стола. Коротко кивнув друг знакомому демону, мы с Эриком прошли к столу.
– А вот и наши гости, – наследник престола встал из-за стола и жестом указал на два свободных стула. – Эрик, Джозефина, присаживайтесь.
В кои-то веки меня совершенно не заинтересовала многочисленная разнообразная еда, выставленная передо мной.
Я во все глаза разглядывала беременную демоницу.
Ссутулившаяся, худая настолько, что казалось – дунь на нее, и она сломается. Посеревшая сухая кожа, редкие рыжие волосы, из которых торчали аккуратные черные, но словно присыпанные пеплом, рожки. Свободное шерстяное платье только подчеркивало болезненность и худобу. Руки, на которых просвечивали не только вены, но и все капилляры, бережно обнимали внушительных размеров живот. Искусанные потрескавшиеся губы, темные синяки под глазами. И при всем при этом – большие, горящие надеждой, светло-карие глаза, разглядывающие меня в ответ.
– Кхм, – прокашлялся Эрик, видя, что к еде никто не притронулся. – Хочу представить вам Эвелину. Эвелина, Джозефина – тот шанс, о котором я тебе говорил.
– Вы спасете моего малыша? – так тихо, что мне пришлось напрячь слух, чтобы ее услышать, произнесла демоница. – Я готова на все, что Вы скажете, только спасите моего мальчика.
– Тебе ничего не надо будет делать, милая, – произнес Ориан, не дав мне даже раскрыть рот. – Джозефина уже спасла Ларри, Тэмиэля и Маршина. Она поможет и тебе.
Все бы ничего, но Ларри был уже взрослым, как и Тэмиэль. Маршин, видимо, был тем крохой, что едва родился, но тоже был уже самостоятельным. А тут, организм внутри организма. Я, честно, не знала, получится ли у меня. Но пугать и лишать надежды демоницу я все же не хотела.
– Я сделаю все, от меня зависящее, Эвелина, – серьезно произнесла я. – Не думаю, что мы сейчас сможем сосредоточиться на еде…
– Нет, Джо, – перебил меня Эрик. – Тебе нужны будут силы, поешь, пожалуйста. Ты ведь сегодня даже не завтракала.
– Совершенно верно, – поддержал его дальний родственник. – Поэтому мы и собрались здесь. Отобедайте, расслабьтесь.
Легко сказать – расслабьтесь. Я теперь ни о чем другом, кроме как о предстоящей процедуре, и думать не могла.
Вяло пожевав салатик, я решительно отодвинула тарелку.
Глава 12
Примыкающая к трапезной комната отдыха была уже укомплектована всем необходимым, и даже более.
Одно мягкое кресло, в которое полулежа устроили демоницу. Удобный табурет рядом для меня. Столик с водой, бодрящим травяным отваром и кучей всяких скляночек с различными допингами и стимуляторами, часть из которых я даже узнала по характерному своеобразному цвету.
– Готова? – выдохнула я, глядя на демоницу и не обращая внимания на немногих присутствующих в комнате.
Девушка неуверенно кивнула.
– Что я должна делать?
– Ничего, просто расслабься.
Несмотря на мои опасения, что с беременной демоницей все будет не так просто, как с детьми, все прошло более чем гладко. Я бы даже сказала, что гораздо легче, чем с новорожденным малышом. Внутренние энергетические каналы обоих только-только начали деформироваться в месте соединения мамы и ребенка, так что растянуть их, расширить и укрепить не составило труда.
–Так, а теперь используй немного энергии, – удовлетворенно осматривая финальным взглядом свои труды, обратилась я к уже не напоминающей полутруп Эвелине. – Огонек на ладошке зажги или, вон, салфетку подожги.
На меня так странно посмотрели все присутствующие в комнате, словно я попросила ее съесть эту несчастную салфетку.
– Кхм, – неуверенно начала демоница. – Но ведь беременным нельзя пользоваться энергией.
– Что? – теперь была уже моя очередь шокировано взирать на девушку. – Кто вам это сказал?
Ориан задумчиво нахмурился, явно не понимая моего возмущения и удивления.