Прошло уже немало времени. Вопрос о том, пора ли, созрел, но задать его не удалось. По коридору разнёсся громогласный крик. Её голос узнала мгновенно, но, кажется, вслух слышу впервые. Слёзы в глазах размыли всё пространство. Повторный пронзительный вопль поразил стены замка, эхом отзываясь в каждом уголку. Малыши прибежали ко мне в укрытие, закарабкались кто куда, прижались и принялись трястись от страха. Пленники также сжались, кто-то закрывал уши себе, кто-то детям. У меня у самой все внутренности сжались. Не представляю, какого это, идти на адские мучения ради не совсем знакомых людей (существ). Я, наверное, даже ради… Да мне и не было ради кого терпеть что-либо подобное. Поступок Вильвы казался невероятно храбрым.
— Это место значит слишком много, - мой голос тихонько запел одну из песен, которые когда-то вызывали надежду в душе. Надеюсь, малыши перестанут трястись от страха и это как-то их успокоит. - Но я никогда не называл его Домом…
Все как-то переключили своё внимание на меня; глаза от изумления расширились ещё больше, чем когда я заявила, что всех спасу. Но мой голос обрёл уверенности, и задумка удалась – отвлекаясь от сопровождающих пение криков, ко мне прислушивались, вникая в слова. Малыши так вовсе прижухли и уставились огромными, словно космос, глазищами, жадно внимая мягкому пению.
Когда я закончила петь, закончились уже и крики. Но интуиция подсказывала, что это ещё не всё. Страж вернулся к двери в сопровождении пары приспешников, они о чём-то гоготали. Затем, заглянув внутрь, гуманоид что-то пробасил, странно, но сейчас совершенно не удавалось разобрать речь. Захлопнув дверь, они ушли – послышались тяжёлые удаляющиеся шаги.
— Ничего не поняла. – Выразила мысли вслух. Раздосадованная, даже подниматься не начала, хотя уже было пора выдвигаться.
— Госпожа Вильва обычно проясняет нам суть их слов. Она имеет телепатические способности. – Пролепетал кто-то ангельским голоском.
И действительно, если подумать, все разы, когда речь монстров была понятна, в комнате присутствовала Вильва. Но это не так уж и важно, вряд ли гуманоид сообщил что-то приятное. Мой Малыш уже освободил нимфу и сейчас вскарабкивался на череду сородичей, стоящих один на плечиках другого. С далека они выглядели будто большая гусеница за счёт чрезмерно большой головы и маленького худенького тельца. Подошла к ним и поднесла Малыша к замочной скважине, помогая поскорей справиться с работой.
— Сейчас идём все сразу – под плащом поместимся. Затем, когда откроем оковы Вильвы, малыши вернут ключи вам. – Попутно оглашаю план действий. Никто даже не кивал согласно, будто говорю совершенно непонятные вещи. – Все поняли?
Все мгновенно кивнули. Один раз. Очень странно, но будем считать, всё как надо. Объяснять что, зачем и почему нет ни секунды. Девушка-лорелея бережно окутала спящего ребёнка длинными волосами, которые мягко обвились и вокруг ротика – на всякий случай. Мы понятливо переглянулись. Я закуталась в плащ, следом за мной было решено разместить нимфу, которая заторможено уже реагировала на происходящее, следом – лорелея. Малыши ловко разбежались по периметру комнаты. Им удавалось двигаться быстро и бесшумно, иногда они даже перемещались по щелям в стенах, а потому и с ярким окрасом засечь их было нелегко. Словно тени они шли возле нас, заранее сообщая, что путь свободен.
Мы выбрались из тюрьмы, Малыш с ключами-отмычкой подлез под подол и забрался ко мне на плечо, удобно скрывшись в тени капюшона. Иногда, он одёргивал его краешек, тормозя меня. Знаки сородичей он замечал и понимал быстрее меня, а потому, прождав, когда опасность минует, снова давал команду идти. Шли мы быстро. Нимфа то и дело наступала на пятки, скребя когтями по коже ботинок. Было хоть не больно и не громко, но противно. Пару раз она отклонялась в сторону, пришлось положить её руки на плечи и вести словно слепую. Наконец, добрались до заветной двери. Остановилась и жду знака от пушистиков. Знак получен. Мы влетели внутрь, и я молниеносно закрыла дверь. Хламида с глухим звуком упала на пол, вновь залитым свежей кровью. Ключ-отмычка уже был у меня в руках, но повернувшись к оковам я застыла.