Бл. Августин в изложении своего учения о предопределении экзегетически опирается преимущественно на указанные тексты ап. Павла, подвергая их отвлеченно-буквалистическому истолкованию, вне общего контекста развития мысли у ап. Павла. Главным для него текстом является, конечно, Р. VIII, 28-30: «знаем, что любящим Бога, призванным по Его произволениюτοῖς κατὰ πρόθεσιν κλητοῖς οὖσιν все содействует ко благу, ибо кого Он предузнал — προέγνω — тех и предопределил — προώρισεν —быть подобными συμμόρφον — образу Сына Своего, дабы Он был первородный между многими братьями, а кого Он предопределил, тех и призвалἐκάλεσεν — a кого призвал, тех и оправдал — ἐδικαιωσεν, — а кого оправдал, тех и прославил —ἐδόξασεν». — Бл. Августин многократно ссылается на этот текст, видит в нем выражение общего и исчерпывающего отношения к миру, определяемого в духе всепроникающего детерминизма и, по-видимому, исключающего всякое значение свободного самоопределения человека. Это толкование способно действовать на душу смущающим и соблазняющим образом. Экзегеза пытается спастись от этих устрашающих утверждений, начиная еще с пелагиан и Златоуста (1) чрез различение и — до известной степени — противопоставление предвидения, предмет которого якобы относится к свободе человеческой, и предопределения, которое является как бы последствием или выводом этого предведения. Бл. Августин неумолимо и не без известного формального основания настаивает, что предведение Божие есть и предопределение и, т. о., с ним тожественно в едином предвечном акте. Сюда же он присоединяет и Еф. 1, 3-12, где говорится, что «Бог избрал нас ἐξελέξατο — во Христе прежде создания καταβολῆς мира... Предопределив усыновить нас Себе чрез
(1) Такой исход из трудности по следам Тридентского богословия указуется и в Послании Восточных Патриархов, гл. 3: «веруем, что всеблагий Бог предопределил к славе тех, которых избрал от вечности, а которых отвергнул, тех предал осуждению, не потому, впрочем, чтобы Он восхотел таким образом одних оправдать, а других оставить и осудить без причины..., но поелику Он предвидел, что одни будут хорошо пользоваться своей свободной волей, а другие худо, то посему одних предопределил к славе, а других осудил. Но что говорят богохульные еретики, будто Бог предопределяет или осуждает, нисколько не взирая на дела предооределяемых и осуждаемых, это мы почитаем безумием и нечестием». Cp Thom. Aquin. In. Rom. VIII, lect. 6: Differt (praedestinatio) a praescientia secundum rationem, quoniam praescientia importat solam notitiam futurorum, sed praedestinatio importat causalitatem quandam respectu eorum.
612
Иисуса Христа по благоволению воли Своей», причем это нас толкуется, без достаточного основания, ограничительно, в противоположение не избранным к тому. (Впрочем, этот текст имеет у него значение второстепенное и, так сказать, дополнительное). Не входя в подробности сложной экзегезы послания к Римлянам (лучшие представители современной науки вообще отказываются видеть в Римл. VIII, 28-30 детерминистически-фаталистический оттенок смысла (I), мы можем все-таки констатировать всю несостоятель-
(1) Приводим на образец суждения некоторых исследователей.
Lagrange. Etudes bibliques. St. Paul aux Romains, 3-me éd, 1922, p. 246-7. Ainsi donc la question traitée directement par Paul (в гл. VIII, 28-30) du tout celle de la prédestinaition et de la réprobation, mais uniquement de l’appel des gentils à la grâce du christianisme ayant pour anthitèse l’incredulité des Juifs. Mais il est incontestable que cet appel est en même temps un appel au salut.
F. Prat. La théologie de St. Paul, I-re p. Paris 1908, p. 334-5.
Экзегеза бл. Августина, находящего здесь деление на избранных и неизбранных к вечному блаженству, cette distinction irréprobable (?) au point de vue théologique à condition de definir les termes, n’a au point de vue de l’exégèse aucun fondement ni dans le language de Saint Paul, ni dans la tradition patristique. St. Paul ne connait qu’une seule cathégorie d’appelés — ceux qui ont reçu la grâce efficace de la foi — pour lui applées et chrétiens sont synonimes.
Prat (1. c. 340) подводит следующие итоги патристической экзегезы:
1. La prescience, qui est esentillement un acte intellectuel, précède la prédestination et la dirige, les justes et les élus n’etant pas connus d’avance parce qu’ils sont prédeatinés, mais bien prédestinés pour avoir été connus d’avance.
2. La prédestination est un acte de la volonté consequente (?) de Dieu; elle se rapporte à la collation de la grâce efficace et non pas directement à la collation de la gloire.
3. Enfin, dans le texte de St. Paul, les mots «connus d’avance, prédestinés, justifiés» fort probablement aussi «glorifiés», ayant la même extention, s’appliquent aux mémes personnes, c’est à dire, à ceux qui aiment Dieu, aux chretiens dont la foi est vinfiée par la chanté.
Августин же дает различение избранных на две категории que la tradition antérieure ne connaissait. point et il donna de la prédestination une définition ignorée jusqu’à lui (ib). Godet. Commentaire sur l’épitre aux Romains, tome second. Neuchatel-Paris, 1890, след. образом резюмирует свои толкования Римл. VIII, 28-30:
«В чем же состоит божественное предопределение, несомненно утверждаемое апостолом в этом месте? Исключается ли этой мыслью свобода воли человека, или же, наоборот, включается? Два основания представляются нам в пользу решения в последнем смысле: 1) Апостол полагает в основание декрет o предестинации или предвидении, что доказывает, что этот декрет определен некоторым фактом, который является предшествующим в видении Божием (qui tombe d’avance sous le regard divin). Притом неважно, что ведение является вечным, тогда как факт, составляющий его предмет, имеет место лишь во времени. Из этого образа предведения не меньше проистекает, что этот факт, может быть, рассматриваем, как обязанный своим бытием в некоторой степени фактору, отличному от Божественной причинности, именно человеческой свободе. 2) Апостол не делает из акта веры предмет декрета предестинации в собственном смысле. В этом декрете веры уже предположено и его предмет есть единственно, по слову апостола, конечное участие верующих в славе Христовой. По мысли ап. Павла, полнота человеческой свободы не только не исключена в акте веры, но она даже