— Потом попируете. А сейчас сидите и молчите. Все.
Дед, сидевший на возвышении, подался вперед, тоже оскалился, как и его внук. Начал было:
— Что за…
Но Харальд, не настроенный сейчас на родственную болтовню, ожег его взглядом. Серебро в его глазах пылало так, что ярл Турле подавился своими словами — и замолчал.
Пальцы Харальда разжались, выпуская шерсть загривка.
— Искать, — приказал он негромко. — Искать…
Оба пса — и тот, которого он привел в зал, и второй, увязавшийся следом, заметались по проходу между пировавшими людьми.
Но далеко не ушли.
Сначала один из кобелей остановился у стола по правую руку. Залаял. Потом к нему присоединился второй…
Харальд двинулся туда, сжимая в руке черепок. Скомандовал, глядя на воинов, сидевших по обе стороны от того самого стола, перед которым лаяли собаки:
— Выходите по одному. И идите ко мне, но медленно.
Затем он свистнул, подзывая псов к себе. Те вернулись, встали рядом, недовольно порыкивая.
Помрачневшие люди поднимались. Подходили к нему…
Тот, кто был ему нужен, встал последним. Сидел он по ту сторону стола, у стены — и еще до того, как мужчина встал, Харальд разглядел на его лице страх.
Ему оставалось только дождаться, пока тот протиснется в щель между двумя столами, и медленно подойдет.
Один из тех, кто пришел наниматься в хирд совсем недавно. Один из местных.
— Пируйте дальше, — коротко распорядился Харальд. — Кейлев, Свейн, за мной.
И, выдрав меч из ножен, висевших на поясе у подошедшего, отбросил его в сторону. Вцепился в плечо, потащил за собой.
Уже на полпути к дверям вспомнил о собаках. Свистнул — псы радостно затрусили следом.
У выхода стояли Тордульф и прочие. За плечом одного из воинов золотилась макушка Сванхильд.
— Кейлев, — сказал Харальд, задержавшись у дверей. — Где там твои сыновья? Пусть отведут свою сестру…
В опочивальню нельзя, мелькнула у него мысль. Там дохлая змея — и могут быть другие подарки. Покои нужно тщательно осмотреть, но потом, после всего.
— В женский дом, — закончил он. — Пусть возьмут с собой человек пять, вместе с ее стражей. Вычистят одну из каморок, и сядут у нее под дверью.
Харальд развернулся, зашагал к берегу, таща за собой предателя.
Кейлев и Свейн, вынырнувшие из зала следом за ним, догнали, пристроились за спиной. Свейн проворчал:
— Там все из зала повалили. Уже болтают, что тебя, ярл, пытались убить. Это правда?
Он, не отвечая, остановился и развернулся. Все верно, от дверей зала за ним тянулась толпа воинов.
— Убби, — рыкнул Харальд.
Здоровяк вынырнул из первых рядов тех, кто шел за ним.
— Гони всех обратно в зал, — распорядился Харальд. — Пусть не мешаются у меня под ногами. Надо будет, я позову.
— Нашим-то я скажу, — озабоченно ответил Убби. — А вот люди твоих родичей вряд ли меня послушаются.
Харальд кивнул, внутренне досадуя, но признавая его правоту. Все не вовремя — и пир, и предательство…
— Ярл Турле, — позвал он, не двигаясь с места.
Пленник, на плече которого лежала его рука, стоял покорно, не дергаясь. Смотрел не только со страхом, но и с мрачной обреченностью на лице.
И Харальду это не нравилось. Чистый страх устроил бы его больше.
Дед протолкался сквозь толпу. Следом на свободное место вышли Огер и Свальд. У брата, единственного из всех родичей, на лице была тревога.
— Я слышал, ты зачем-то потащился к себе в опочивальню, — громыхнул старый Турле. — Посреди пира, на котором должен был сидеть, как хозяин. И тебя вроде бы пытались убить? Только при чем тут этот парень? Я, пока шел, слышал разговоры. Вроде бы он сидел в зале, пока тебя не было…
— Я прошу тебя об услуге, ярл Турле, — резко перебил деда Харальд. — Побудь вместо меня хозяином на пиру. Мне придется отлучиться по срочному делу. Но я хочу, чтобы все вернулись в зал и продолжили пировать. Могу ли я на тебя положиться?
Дед тяжело задышал, насупился.
— Ты всегда можешь положиться в трудный час на своих родичей, Харальд, — ровно заметил Огер, стоявший рядом. — А что сделал этот человек?
Харальд угрюмо пообещал:
— Расскажу, когда выясню… и вернусь к вам.
Ярл Турле крякнул. Тут же развернулся, крикнул:
— Чего столпились? Сигурд, Ульфе, а ну гоните всех наших обратно. Пошли попируем, пока хозяин на своем заднем дворе порядок наведет. На то он и хозяин, чтобы делать свои дела, когда пожелает.
Один из пары псов, все еще державшихся рядом с Харальдом, согласно гавкнул.
Но люди начали возвращаться в главный дом. И Харальд двинулся дальше.