Мужчина игриво покосился на сияющую Ярославу:
- Нет, вот не устаю удивляться твоему поведению, ты явно не в себе. Я значит буду отваливать бабки не пойми за какую хрень?
- Нуу … – глядя на вскинутые вверх аккуратно постриженные, но все же «брежневские» брови, Ярослава уже засомневалась, что на правильном пути.
- Да, черт возьми, буду! Тащи самую вкусную рыбу и поверь, в твоих интересах, чтобы она мне пришлась по вкусу.
В следующее мгновение мужчина демонстративно схватил газету и закрыл ею лицо, изображая огромный интерес к написанному. Ярослава же, помчала на всех парах делать заказ на вкуснейшего, по ее личному и не только мнению, хоть и дешевенького хрустящего судака в подливке со сливочного соуса.
- Пожалуйста. Приятного аппетита.
Не прошло и двадцати минут стояния над душой у шефа, и ароматное блюдо было на столике вредного мужчины, который не поверив своим и ушам и глазам, не спешил прощаться с газетой.
- Это что? – он придирчиво разглядывал то, что одним ароматом доводило его слюновыделение до стадии бесконечного потока.
- Это ваше блюдо, нежнейшее филе судака под вкуснейшим соусом, и если оно оставит вас равнодушным, я сама его оплачу.
Мужчина уже устал удивляться наглости этой официантки:
- Ты настолько уверена в этой дешевке?
- Дорого, не всегда означает качественно, вам ли этого не знать. Приятного аппетита.
Так и не услышав «спасибо» или чего-то на подобие, Ярослава покинула вредного до безобразия и такого же богатого, дяденьку. Взяв на свою душу еще несколько столиков «кофеманов», Ярослава не выпускала из виду дяденьку, который уплетал судак с таким аппетитом и наслаждением, что даже выражение его лица, казалось, получает удовольствие от этого блюда, что уж говорить о желудке?
- Милая, спасибо тебе огромное, от всего моего больного сердца и израненной жизнью души. А самое большое спасибо, от удовлетворенного во всех отношениях брюха.
Ярослава ликовала – как мало человеку для счастья надо, одно вкусное блюдо и из заносчивого он превращается в вежливого, жаль, не всегда так бывает.
- На здоровье.
- Неси счет.
- Одну минуту.
Схватив грязную посуду Ярослава понеслась к Р-киперу и уже через минуту возвратилась:
- Пожалуйста.
Вручив в руки клиенту счетницу, Ярослава собиралась покидать его столик, но он ее остановил.
- Стой. Вот это по счету, – мужчина вложил деньги в кожаную папочку не глядя, – а вот это тебе лично.
На край стола мужчина одну за другой выкладывал стодолларовые купюры, их было не много всего десять, но количество соток в гривнах, которые Ярослава получала намного чаще, и десять зеленых купюр, отличались друг от друга слишком значительно, и впервые в жизни обалдевшая Ярослава произнесла:
- Спасибо, конечно, но это слишком. Я не могу принять такие щедрые чаевые, я не чувствую что я их заслужила.
- Да прекрати ты уже меня вырубать своими словами и поступками. Впервые вижу официантку, которая отказывается от честно заработанных денег. – Мужчина резко схватил доллары, и так же резко схватив Ярославу за руку, всучил их ей. – Деточка, поверь, ты их заслужила и честно заработала все до копейки. Поверь, я давно не получал такого удовольствия от обеда и уже лет сто не видел таких профессионалов, как ты. В основном все зарятся на мой кошелек и норовят развести по полной, я никогда не сопротивляюсь, но и не остаюсь довольным. А сегодня ты меня несколько раз приятно удивила и обезоружила. Искренне рад, что ты счастливая, желаю тебе навсегда сберечь это чувство полной гармонии. Оставайся собой, чтобы не случилось, а в жизни, поверь, может произойти всякое. – На этом добрый и вежливый по-отцовски монолог закончился, и мужчина вновь стал сам собой. – Не знаю, как у вас тут все устроено, но этим своим – мужчина махнул головой в сторону Юльки и Марины, – крысам, что б ни копейки. Договорились?
- Да. Спасибо вам огромное, – совершенно растерянно пролепетала Ярослава.
- Это тебе спасибо. Искренне сожалею, что моя командировка в ваших краях подошла к концу именно сегодня, а то бы я непременно поселился в вашем заведении.
Растроганная и растерянная Ярослава продолжала стоять у столика, даже когда мужчина освободил их парковку от своего вишневого «Мазератти». Она провожала каждое его движение взглядом и в очередной раз радовалась своему счастью и своей фортуне – у нее однозначно классный ангел-хранитель.
- Ну как тебе этот экземпляр, скажи жесть?! – Налетели девчонки, едва Ярослава появилась в зазеркалье.
- Вот, – решив не растрачиваться на слова, Ярослава показала сто долларов, которых с головой хватило, чтобы довести этих двоих до истерики, зачем мучить еще больше?
И без того выпученные глаза Юли стали еще круглее, а чрезмерно общительная Марина – потеряла, пусть даже на несколько секунд, дар речи.
- Да ну ладо?!!
Ярослава же довольно вздернула плечами и просто продолжила рабочий день. Правильно поется в детской песенке – «Поделись улыбкою своей и она еще не раз к тебе вернется». Ярослава просто излучала позитив и счастье, и пусть в силу сложившихся обстоятельств она не всегда могла открыто это демонстрировать, казалось, весь мир все равно об этом знает и чувствует это.
- Дааа, фортонуло, – всего-то и протянула Людка, которой Ярослава откровенно поведала происшедшую с ней историю.
- Теперь я могу перестать копить на машину, я уже могу ее приобрести!
- Круто, вот только понять не могу, это почему ты такая счастливая вдруг стала, даже клиента частично инфицировать смогла?
Ожидая подобного вопроса, Ярослава легко воспользовалась заготовленным ответом:
- Люд, я вот жалею что раньше на работу не вышла, а как только окунулась во все ЭТО, тут же все печали мне стали по плечу. Подумаешь, Валера знать меня не хочет, да больно нужно. Работа именно та пилюля, которая эффективно лечит, а главное быстро.
- Ага. А я ведь давно пыталась вытащить тебя на свет божий, а ты все страдала, страдалица хренова.
- Ага.
ГЛАВА 20
Рабочий день быстро достиг своего финиша, наступил новый, который таил в себе новые приключения, новые радости, новые тревоги. Собственно с тревог он у Ярославы и начался. Вчера Валера так и не объявился. Его не было в ресторане, как вообще никого из Воробьевых. От него не было ни единого смс и звонка. Ярослава не позволяла себе тревожить его надоедливыми эсемесками и звонками, а послушно ждала известий от него, лишь потом, давая выход своим чувствам и мыслям в ответных посланиях. Так у них повелось изначально, и не смотря на начинающую сводить с ума тишину, Ярослава твердо была намерена придерживаться этого правила. Договорившись накануне о совместном походе на работу, как в старые добрые времена, девушки не спеша шагали по тротуару, а Людка никак не могла понять, что не так с Ярославой.
- Что это с тобой сегодня, ты вдруг стала сама на себя не похожа? – не выдержала Люда, ясно видя, что на подруге просто нет лица.
- Ничего, просто у меня «эти» дни начинаются, так хреново. – В подтверждение своих слов Ярослава потерла поясницу и живот. – Люд, а дай сигарету.
Вдыхая никотин развевающийся ветром вокруг нее от Людкиной сигареты, Ярослава долго не решалась обратиться с подобной просьбой к подруге. Этот запах пробуждал в ней воспоминания о том, как она на пару с Валерой после секса сладко затягивается никотином. Поэтому она сейчас жадно ловила его струйки и желание почувствовать во рту эту горечь, ассоциировавшуюся с НИМ, постепенно становилось сильнее нежелания страх объяснений «с каких это пор она закурила?»
- А с каких это пор…
- С тех самых, – не дала закончить Ярослава. – Стала баловаться еще на прошлой неделе, не могу сказать что затянуло, но что-то в этом есть.
- Подруга, ты меня пугаешь. – Людка стала причитать, но сигаретой все же поделилась. – Ты ведь терпеть этот запах не могла, да и всегда настаивала на моем отречении от этой зависимости, а тут… Яр, может не стоит начинать, если пока не пристрастилась?
- Тоже мне учитель нашелся. На себя посмотри, чего сама «соску» изо рта никак не выпустишь?
- Яр, я это я. У меня пороков больше чем у тебя веснушек, но тебя ведь еще не успел испортить мегаполис, со всеми своими соблазнами. Не поддавайся на обманчивые атрибуты стиля, что ли.
«Знала бы ты как увеличилось число моих пороков за последние несколько дней, ты бы обалдела!» – мелькнуло в голове, а на языке другая желчь.
- Вау, – зажигая огонь процедила Ярослава. – Вот это речь! Ты главное запомни, может, еще кому расскажешь, и этот «кто-то», в отличие от меня, прислушается.
Не заметив как именно, но Ярославе удалось вложить в эти незначительные слова слишком много яда и злости, что не осталось незамеченным Людкой.