- Заткнись! - не выдержал Анджей и замахнулся на нее рукой.
Кинтаро еще больше укрепился в своих подозрениях и перехватил юношу за запястье.
- Нет уж, пусть говорит, раз разгадала. А то получается, карту ты сжег, а твоя милая все запомнила... Поэтому ты так в нее вцепился? Никакая она тебе не невеста. Ты использовал ее, чтобы разгадать тайну сокровищ Поварёнка. Дылда с тобой заодно!
- Это смешно! - Анджей уставился на капитана со злостью. - Мне не нужны проклятые сокровища колдуна! А эта дура!.. Ваш шкипер сам заморочил ей голову! Если бы я знал, что это карта колдуна, видит Единый, сам бы ее выкрал и сжег!
- Но ведь она тебе не невеста? - капитан кивнул на Юлю и угрожающе приблизился к юноше, заглядывая ему в лицо. - Шкипера было не обмануть в таком!.. Что ты скрываешь?
Что-то дрогнуло на лице Анджея, он чуть отступил, открыл рот, но ответить не успел. Девчонка вклинилась между двумя мужчинами и бесстрашно заявила в лицо капитану:
- Анжи - мой жених! Меня вообще кто-нибудь будет слушать? Я разгадала все, кроме песни! Я плохо знаю нордаримский, вот и...
- С меня довольно! - не выдержал Анджей. - Я умываю руки. Разбирайтесь с ней сами, капитан.
За юношей захлопнулась дверь, а с девушки мгновенно слетела вся уверенность.
- Как же так? Почему он?.. Я же хотела, как лучше...
Ирису опять удивила капитана, подойдя к Юле и потершись мордой об ее колено. Рыжая хищница признала девушку, и Кинтаро ничего не оставалось, как довериться чутью зверя.
- Ну давай, рассказывай, что ты там разгадала...
Глава 13, в которой не звучит еще одно признание
Полдня ушло на перекладывание балласта, исследование швов и обнаружение мелких пробоин. Сальвадор Малсар работал споро, законопачивая повреждения, а Антон с Никитой, согнувшись в три погибели в кубрике, выкачивали воду. Работа была тяжелой, по колено в ледяной воде, но зато помогала отвлечься от дурных мыслей. Зачем он признался княжне? Какой демон дернул его за язык? Теперь она навыдумывает себе невесть что, а он... Он даже защитить ее не может, в том числе и от себя...
Едва живой Лех прошлепал мимо, подальше от воды. Его вырвало кровью, а еще он маялся зубами. Одна щека опухла, и он не знал, куда себя деть. Антон неудачно задел ведром матрац на одной из коек, и там обнаружились объедки. Юноша недоуменно уставился на обглоданные косточки, слишком тонкие, чтобы быть куриными или голубиными, больше похожие на... Антон разогнулся, стукнулся головой о низкий потолок кубрика, ругнулся и крикнул второму матросу:
- Эй! Ты знаешь, чья это койка?
Крепкий рослый Никита оторвался от своего занятия, мельком взглянул на койку и ответил:
- Джека... Прими Единый его душу...
- Почему у него под матрацем крысиные кости?
- Что? Покажи... - матрос подошел ближе и присвистнул. - Рыбья глотка! Его заколдовали? Сказывают, если подложить крысу, утопленную в молоке, то человек...
- Хватит, - Антон оборвал глупые деревенские бредни. - В любом случае, капитану следует об этом знать. Хотя подожди...
Юноша начал методично переворачивать матрацы на всех койках. Никита побелел от ужаса, когда и под его матрацем обнаружились кости. Впрочем, они были у всех. Но больше всего молодых людей потрясла иная находка - изгрызенный крысами деревянный брус, поддерживающий потолок кубрика, который грозил рухнуть в любую секунду...
Антон поспешил на поиски капитана, но на палубе его уже поджидал Дылда с неприятной новостью.
- Господин, вы бы за девкой последили, а то капитан ее сначала на корме обхаживал, вроде как они звезды мерили, а теперь и вовсе к себе в каюту увел...
- Что-о?!? А ты куда смотрел?!?
- Так она сама с ним пошла...
Но юноша не дослушал, взлетел по лестнице и помчался к юту, ослепленный ревностью и тревогой. Комната капитана оказалась заперта, зато из кают-компании доносились голоса. Антон ворвался внутрь и застыл на пороге. Капитан и Юля о чем-то горячо спорили над расстеленной на столе картой.
- Что здесь происходит?
- Пытаемся проложить курс, - спокойно отозвался Кинтаро. - Милая моя, может, ты все-таки ошиблась... Сорок третья параллель...
- Была сорок третья. А теперь сорок четвертая, - упрямо возразила княжна, игнорируя бешеный взгляд Антона. - А это значит, что мы где-то здесь... - она постучала пальцем по карте.
- Марш к себе в каюту!
- А ты мне не указывай!
Юноша двинулся к девушке, собираясь схватить ее за шкирку и пинками выставить упрямицу за дверь, но она задрала нос и высокомерно добавила:
- Будут всякие безродные указывать! Иди умойся сначала!
Антон споткнулся, застыл на месте, побелев от ярости, а княжна испуганно попятилась назад, но не успокоилась: