**
Антон слишком поздно сообразил, что задумала девчонка, когда присела к нему на край кровати. Он не успел уклониться, как она поддела край маски и сдернула ее. Здоровой рукой юноша перехватил княжну за запястье и зло уставился ей в глаза, морщась от боли
- Что, довольна? Неймется?..
- Я... кровь смыть... надо... - Юля изумленно разглядывала юношу, держа в руке тряпицу, смоченную в роме. - Но почему?
- Что почему? Ты умом тронулась, что ли?
- Почему нос такой?.. - девушка быстрым движением оттерла кровь с его виска и замерла. - Он неправильный...
- Какой есть, - отрезал неожиданно уязвленный Антон. - Обычный нос. Отстань.
- Нет! Он так неуместен. И должен быть другим... Если бы я рисовала, то он был бы правильным... чуть уже и тоньше здесь и здесь... - Юля заворожено потянулась к его лицу рукой, коснувшись крыльев носа. - И профиль ровнее, чтобы убрать курносость...
Антон терпеть не мог, когда к нему кто-то прикасался, разве что объятия сестры терпеливо сносил, когда под ними горела земля, и Хриз начинала фальшиво раскаиваться. Но странным образом, сейчас легкие прикосновения тонких пальцев были приятны, должно быть, они просто остужали горячку от ранения... Юноша замер на секунду, но потом оттолкнул руку.
- На себя посмотри, тоже мне... - он пытался отыскать хоть какой-нибудь изъян в княжне, но ее красили даже засохшие брызги крови на щеке и выбившаяся прядь волос. - Сама-то вон...
Договорить он не успел. В каюту влетел Дылда, на мгновение замер на пороге, а потом подскочил к княжне и за шиворот оттащил ее от раненого.
- Ты как посмела, дрянь! - он замахнулся ударить девушку, но Антон сел на кровати и перехватил его за руку.
- Оставь ее! Отпусти, я сказал! Я сам... снял маску... - юноша обессилено откинулся на подушки и прикрыл глаза. - Все равно увидела бы... Что с капитаном?
Головорез проворчал что-то себе под нос, оттолкнул девушку и шагнул к Антону.
- Плохо дело. В кают-компании собираются. Девку поделить хотят, как добычу. А капитан...
Юля громко охнула, а ее незадачливый похититель застонал от досады и боли. Если бы его сестра была сейчас рядом, то узнала бы о себе много интересного...
Капитан Кинтаро мрачно разглядывал свою поредевшую команду. Погибли двое, Влад и Мишель. Больше не будет сладкого сливового пирога, и никто не будет надоедать россказнями, как правильно нырять за жемчугом. Мишель мечтал найти однажды крупную жемчужину для обручального кольца, чтобы сделать предложение своей девушке... Потрясенный гибелью брата Никита стоял, сжимая и разжимая кулаки. Остальные шумно галдели, возбужденные предстоящим дележом добычи. К смерти в море быстро привыкаешь, но у капитана до сих пор за каждого болела душа... Морской демон, но ведь кто-то из них предал команду! Парус был поврежден, а корабль пиратов ждал в засаде. Вот только кто?
- Тихо! - капитан стукнул по столу кулаком, правда, кулаком левой руки. Правая была забинтована, как и половина лица. - Молчать!
В кают-компании мгновенно воцарилась тишина.
- Кто повредил парус? Кто сдал нас пиратам? Даю возможность признаться и обещаю... быструю смерть. Иначе... - капитан Кинтаро обвел бешеным взглядом команду, - иначе, клянусь, найду и пущу крысу на килевание! А тело повешу гнить на рее!
Все молчали, только боцман Сьёк передернул плечами и кивнул на Дылду.
- Здесь все свои, кроме этого. Кто еще, как не он?
Головорез оскалился, но капитан зло рявкнул:
- И парус он тоже повредил? Не мели крысиный помет, Энрику! Он на борт взошел два часа назад!
- Кстати, а бабу когда делить будем? - жадно поинтересовался Лех, охочий не только до выпивки, но и до женских прелестей.
- А тебе на берегу шлюх мало, да? - холодно поддел его Лиса. - Девка хоть хороша собой, или так? Надо бы глянуть...
- Она не добыча, чтобы делить! - шагнул вперед Антон. - Она - моя невеста.
Дылда угрожающей тенью маячил за его спиной, готовый мгновенно выхватить кинжалы и перерезать глотку любому, кто посмеет усомниться в словах молодого господина.
- Щенок, - пренебрежительно скривился Лиса. - На корабле принято делиться, так что...
Но лоцман не рассчитал свои силы, пытаясь толкнуть юношу. Вместо наглого сопляка на его пути возник Дылда, и здоровяк Лиса оказался мгновенно прижат к столу с приставленным к горлу лезвием.