- И как только ее ненаглядный Кысенька оправился от ранения, Хриз сразу же засобиралась в столицу. А дальше ты и так все знаешь... - поторопился закончить Антон и спихнул локоть девушки с колена, чувствуя, как предательски хрипит голос.
- Подожди... Но это же не все... - Юля торопливо поднялась на ноги. - Ты забыл...
- Что забыл? Больше я тебе ничего не обещал рассказать.
- Ты забыл... поцеловать...
- Что? - ему показалось, что он ослышался. - Поцеловать? Куда?
Юля зарделась, опустив взгляд и нервно теребя в руках локон, то завивая его, то распуская.
- В губы?
Она кивнула, покраснев еще больше. У него кровь застучала в висках. Антон шагнул к ней, приподнял ее подбородок и легко чмокнул в губы.
- Все?
Она отрицательно покачала головой, а потом, набравшись мужества, посмотрела ему в глаза.
- Куда еще?
- За ушком... - едва слышно прошептала Юля.
Это безумие... Если он прижмет ее к себе, она почувствует предательскую тяжесть его возбуждения, отшатнется и... Ему было так непросто завоевать хоть немного ее доверия после выходки Хриз, а сейчас... Но отказаться было немыслимо. Антон шагнул к девушке, дрожащей рукой отвел золотистый локон с плеча и поцеловал за ушком.
- За вторым... - выдохнула княжна, - тоже...
От сладкого запаха ее кожи кружилась голова. Как же хотелось поймать в объятия эту красоту и целовать, целовать, целовать...
- Все?
- Бабочку... тоже...
Да она просто издевается! Это же невыносимо... Он развернул ее спиной, прильнул губами к жадно бьющейся жилке на шее, щекоча ресницами щеку, а потом крепко сжал плечо Юли.
- Дальше целовать? Хочешь, еще ниже поцелую? Вот сюда, - он провел пальцем по нежной коже шеи, спускаясь по вырезу к вздымающейся груди под тонкой тканью.
- Нет! То есть, не надо... - княжна вывернулась и посмотрела на него с испуганной решительностью. - Можно, я сама тебя... поцелую?
Антон вдруг понял, что сейчас она кинется ему на шею, прильнет, как в прошлый раз, когда он заставил ее целоваться, и тогда уж точно ничего не скрыть.
- Нет! - резко и холодно сказал он. - С чего я должен разрешать себя целовать?
- Но как же... - в растерянности замерла Юля. - Я же...
- Ты же себя не позволяла целовать просто так! Так почему я должен?
- Что? - в голосе девушки появились легкие нотки возмущения. - Что ты о себе возомнил?
Но Антон уже поспешил ретироваться, тихо радуясь, что на нем достаточно свободные брюки, скрывающие его конфуз.
Княжна в гневе металась по каюте. Какая наглость! Но противный холодок страха заставил ее поежиться и без сил рухнуть в кресло. А если Анжи и вправду ее больше не любит? Раньше он говорил, какая она красивая, а сейчас даже слова не сказал про новую прическу! И целовал так равнодушно, как будто хотел побыстрей отделаться! Юле уже всерьез стало страшно. Ее жизнь окончена. У нее ничего не осталось. Любовь Анжи была тем единственным, что имело хоть какой-то смысл и позволяло не сойти с ума от отчаяния. Пусть даже Юля никогда не сможет выйти за него замуж, пусть в грехе, пусть в пороке, но ведь любовь - одна из пяти добродетелей... А теперь она и ее потеряла... Так больше продолжаться не может! Девушка подобрала шаль, накинула ее на плечи и вылетела вон из каюты.
Антон смотрел на холодные воды моря и щурился от слепящих отблесков солнца. Заветная коробочка оттягивала карман. До Льема еще так далеко! Может, плюнуть на все и сделать предложение сейчас? Хотя морозный воздух быстро остудил похотливый пыл, но юноша понимал, что стоит ему вновь увидеть Юлю, и опять придется воевать с восставшей природой. Рядом с Антоном на перила облокотилась Катерина, донимавшая его все плаванье заигрываниями.
- Чудесная погода, да? Так свежо и свободно дышится... - завела она обычную песню.
- Наверное, - буркнул он недовольно.
- Анджей, - раздался дрожащий голос княжны, и юноша с досады выругался. Да что ж она никак не уймется!
- Чего тебе?
Рыжая девица надулась и отошла, но недалеко, хищно поглядывая в сторону парочки.
- Я просто хочу тебе сказать... - на глазах Юли блестели слезы. - Что я... все равно... мне все равно... Пусть я падшая женщина... но я люблю тебя! И ты можешь целовать меня просто так...
- Что? - изумился Антон. - Падшая женщина? Ты? Да тебе до падшей еще падать и падать...
- Ну почему ты такой! - топнула ногой княжна. - Вечно тебе все не так!
- Дурочка ты... - от волнения голос сел. - Ты не падшая, ты...