Так или иначе, мне нужно привыкать к реалиям новой жизни и подстраиваться под эту систему, чтобы выжить... Хммм... Наверняка в этом дворце есть своя библиотека... После ванны нужно будет спросить у слуги. Мне срочно нужна информация... Так думала я, пока не сняла с себя грязное платье и не залезла в водичку. Как же меня разморило! Сколько я так отмокала, лёжа в ванной? Час... Два... Или три? Неважно! Главное, нега от тёплой водички расслабила меня так, что, наконец, перестали болеть мышцы. Блин, раздавленный! Забыла взять чистые вещи! Как не хочется на чистое тело надевать платье, комом валяющееся на полу. По той же причине не хотелось трогать нательную рубашку и панталоны. Укуталась полотенцем и вышла из ванной...
- Привет! Ой! — на кровати, предназначенной для меня, валялась блондинка, но, увидев меня в неглиже, закрыла глаза ладошками. - И почему тогда дверь была открыта?
- Я никого не ждала, — голосом строгой мамочки отчитала девушку и потянулась к синему чемодану. Насколько помню, Салия полностью заполнила его нижним бельём.
- О! Прости! Просто услышала, что заселили новенькую, поэтому пришла познакомиться. Я — Олливия, для своих просто Олли. Моя комната-номер одиннадцать, — девушка продолжала щебетать тоненьким голоском, словно певчая птичка.
- Леди Сарана. Для своих можно без приставки — леди.
- О! Прости! Наверное, я неучтива!
- Прошу меня извинить, Олли, но я только после дороги и хотела отдохнуть...
- Хорошо... Только... Не вижу твоей горничной... Как ты самостоятельно справишься с мокрыми волосами? — она вдруг поиграла пальчиками, и капли с волос перестали течь по моей спине. Потрогала ладошкой сухие волосы и уставилась на девушку в немом вопросе. - Не благодари. Это не более, чем пустяк для меня, — Олли обворожительно улыбнулась. - Кстати, ужин в шесть. Тот, кто не успел на ужин, едят только во время завтрака. Могу разбудить, — кивнула, соглашаясь на её вопрос. Чистая душа — эта девушка Олли. Но после её ухода теперь знаю, что нужно запирать дверь от нежданных гостей. Что собственно, и сделала перед тем, как упасть на кровать. Мягкая. Широкая. Что ещё нужно для хорошего сна?
Массагон
Глава 5
Олливия всё-таки выполнила свою просьбу и разбудила меня на ужин. Могу сказать одно: давно я так сладко не спала... Первые несколько минут вообще не понимала, где я нахожусь. Но память услужливо подкинула мне все злоключения. Пришлось открыть дверь, иначе эта хрупкая девица сломала бы её, несмотря на то, что она была достаточно толстой и прочной.
- Ты до сих пор не одета? Давай, помогу! — она без моего одобрения схватила первый попавшийся чемодан и понесла к кровати.
- Не стоит. Я сама, — неуклюже перехватила чемодан и чуть не свалилась с ним. Еле-еле устояла. - Ты такая хрупкая, как тебе удаётся поднимать тяжести так, словно они ничего не весят? — восхитилась девушкой, ведь сама не была способной выдержать такую нагрузку с улыбкой на лице, как это делает Олливия.
- О! Это всё из-за родовой магии. Мой отец — отставной генерал, а наш род славится магами земли. Несмотря на внешний вид, мы способны с помощью магии перенести тяжесть, превышающую нас самих, в десятикратном размере.
- Удивительно...— пробухтела себе под нос, поражаясь возможностям магии.
- А у тебя какая магия? — она посмотрела на розовое платье в моих руках и сморщила носик, поэтому отложила его в сторону.
- Я... Не знаю. Серьёзно. Возможно, вообще не обладаю искрой, — вспомнила наш разговор с кучером, когда он говорил, что у некоторых её попросту блокируют. - Как думаешь, все девушки на отборе будут с умением магичить?
- Ничего. Думаю, это не станет препятствием для отбора. А насчёт других претенденток — не думай о них.
- Думаешь? — вытащила фиалковое платье и приложила к себе. Девушка одобрительно кивнула. Не знаю почему, но она мне нравилась. Лёгкая в общении. И чувство, будто бы сто лет её знаю. Возможно, это из-за её манеры панибратски разговаривать? - И почему же?
- Весь этот отбор — фарс. Всем известно, что императрица прочит в жёны леди Инессу — дочь советника Её Величества.
- Вот как? — значит, зря мои сёстры так упорствовали в моём участии. Хотя да. Им было жаль времени.