... Но пока он размышлял, как ему начать, Белла его опередила:
— Надеюсь, вы не возражаете, что я надела венок из красных роз. Мама была просто в ужасе! Я полагаю, что все собравшиеся в церкви высказали что-нибудь ядовитое на этот счет, но я так жутко выглядела во всем белом — совсем как привидение, а кому же хочется быть похожим на привидение в день собственной свадьбы?
— Так вы никогда не бывали в Лондоне? — с упреком спросил лорд Миридиан.
Люсинда повернулась к нему и по выражению его лица отлично поняла, что он имеет в виду.
— Откуда вы это знаете? — сказала она.
— Ваша сестра — кажется, ее зовут Оливия — упомянула об этом в разговоре с Джастином Холстедом, моим шафером.
— Так вы обо всем догадались? — спросила Белла.
Он не стал притворяться, будто не понял ее.
— Нет, — ответил он. — Я и не подозревал, что происходит, пока не увидел вас. Судя по тому, что мне рассказывали, я представлял свою невесту несколько другой!
— Вы думали, что женитесь на Оливию? — сказала Белла просто. — Но она уже помолвлена с другим.
Последовала длительная пауза, а затем Белла добавила почти с вызовом:
— Вы же написали просто: «…руки Вашей дочери…» Если вы хотели жениться именно на Оливии, надо было так и сказать. В этом случае папа, конечно, был бы вынужден отклонить ваше лестное предложение.
В ее голосе прозвучала нотка сарказма, не ускользнувшая от внимания лорда Миридиана.
— Ваш отец наверняка отлично понимал, что я имел в виду. Он присутствовал, когда леди Джерси говорила о необычайной красоте его дочери. Разумеется, она имела в виду вашу сестру, так как вы даже ни разу не были в Лондоне.
— Папа был в крайне затруднительном положении, — спокойно ответила Люсинда. — Если на то пошло, это была моя идея — спасти семью от разорения и заодно заполучить себе мужа. Иначе родителям вообще навряд ли удалось бы меня пристроить.
Даже лорд Миридиан был ошарашен подобной откровенностью.
— Что вы имеете в виду? — спросил он. — Что с вами не так?
— А вы посмотрите на меня! — ответила Изабелла.
Он повернулся к ней, но в полумраке кареты ему было трудно хорошо ее разглядеть. Он пришел к выводу, что у нее бледный, нездоровый цвет кожи и что прическа ей не идет. С другой стороны, нельзя было сказать, что она совсем дурнушка.
Просто он думал, что, когда он представит в обществе новую графиню Миридиан, она будет вызывать всеобщую зависть, так же, как его картины, лошади, мебель, роскошные дома и высокое положение. Было очевидно, что Люсинда навряд ли произведет то впечатление, на которое он рассчитывал.
— Ладно, дело сделано, и покончим с этим, — сказал он почти свирепо, злясь больше на себя, чем на нее.
Он понимал, что только его собственное высокомерие было причиной случившегося. Если бы у него хватило здравого смысла хоть раз повидаться с невестой до свадьбы, он немедленно расторгнул бы эту помолвку. Этот старый осел сэр Эдвард Бетфорд выложил бы сто тысяч фунтов, которые он ему задолжал, а лорду Миридиану было достаточно лишь попросить кого-нибудь из знакомых светских дам, и ему легко нашли бы подходящую невесту.
— Да, дело сделано, — со вздохом произнесла Белла. — С одной стороны, я чувствую, что это было откровенным надувательством, с другой стороны, вы сами во всем виноваты! Трудно представить, чтобы человек покупал лошадь, не видя ее, не говоря уже о жене!
— Я думаю, вы не должны говорить такие вещи, — заметил лорд Миридиан и сам удивился, что ее слова так его шокировали.
— А почему бы и нет? — спросила Белла, посмотрев на него широко раскрытыми глазами. — Вы же попросту купили меня, разве не так? Вы простили папин долг, а это была, говоря по чести, очень большая сумма. А теперь вы перевели на мое имя двести тысяч фунтов! Может быть, вы хотите взять их назад?
— Нет, конечно! — воскликнул лорд Миридиан, не зная, как вести себя в создавшейся ситуации, и чувствуя, что меньше всего он ожидал подобного разговора со своей женой.
— Я думаю, что лучше всего быть откровенными друг с другом, — сказала девушка. — Я ведь отлично знаю, почему вы женились на мне, — я ведь просто буду вашим входным билетом в Олмак, не правда ли?
С другой стороны, вы наверняка считаете, что я стану для вас настоящей обузой — тем более что, в отличие от сестры, не буду столь ослепительна в роли хозяйки дома.
Лорд Миридиан почувствовал себя неловко.
— Я этого не говорил, — сказал он.
— Зато я это говорю, — ответила Белла. — У меня нет никаких иллюзий относительно себя.