— Я понимаю, — ответила Белла. — Хотя мне кажется несправедливым, что мужчинам всегда достается самое интересное.
— Надеюсь, вы не будете скучать? — спросил лорд Меридан, как будто это соображение только что пришло ему в голову. — Как только станет известно, что вы уже здесь, к вам нагрянут с визитами, и я полагаю, вы легко заведете друзей. К тому же вы всегда можете заняться покупками или еще какими-нибудь дамскими делами.
— О да, я с удовольствием отправлюсь по магазинам, — согласилась Белла. — И я рассчитываю, конечно, завести новых знакомых, хотя и не очень люблю женское общество. Надо полагать, нет никакой надежды, что полковник Холстед пригласит меня вместе с вами? Я могла бы держаться в стороне, чтобы никто вообще не заметил моего присутствия.
— Это совершенно невозможно, — веско заявил лорд Миридиан. — Я думаю, Белла, вам нужно раз и навсегда уяснить, что в вашем теперешнем положении вы должны вести себя очень осмотрительно. Сегодняшний день не в счет — на ярмарке никто не знал вас, к тому же я планировал, что вы поедете домой в карете.
— Неужели вы думаете, что это имеет значение? — спросила Белла. — В конце концов, вам просто нужна была жена, они же не оговаривали, какая именно.
— Они? — с удивлением повторил лорд Меридан.
— Ну, этот комитет Олмака.
— А, вот что вы имеете в виду! — сказал он. — Вообще-то я рассчитывал, что моя жена будет держаться соответственно своему положению и ее с одобрением примут где угодно, а не только в Олмаке.
— Все это кажется мне таким скучным! — воскликнула Белла.
— Вы не можете этого знать, пока сами не попробуете, — возразил лорд Миридиан. — Кроме того, у вас нет выбора. Я уверен, что уже в скором времени вы прекрасно освоитесь.
— Надеюсь, — уныло сказала Белаа.
Она увидела, что лорд Меридан посмотрел на часы.
— Уже половина одиннадцатого, — сказал он. — Сколько времени вам потребуется, чтобы подготовиться ко сну?
Она обернулась и посмотрела ему в лицо.
— Так вот почему вы остались дома и не присоединились к своим друзьям! — сказала она. — Я по глупости и не поняла.
Но теперь мне все ясно, и я хочу сказать вам кое-что. Вы женились на мне затем, чтобы иметь доступ в Олмак, но я не собираюсь стать вашей женой… вашей настоящей женой, пока мы лучше не узнаем друг друга.
Лорд Миридиан поднялся со своего места. Он нахмурился, и от его грозного вида сердце замерло у Беллы в груди.
— Должен ли я понять из этой слегка бессвязной речи, что я вызываю у вас отвращение? — спросил он.
— Нет, конечно же, нет, — ответила Белла. — Но вы для меня совершенно чужой человек, до сегодняшнего дня я вас даже ни разу не видела и вышла за вас замуж только потому, что не могла допустить, чтобы папа продал дом, имение и все, чем мы владеем. Я думаю, что мы оба получили определенную выгоду, вступив в брак. Но все это вовсе не означает, будто я лягу в постель с человеком, с которым едва знакома!
Лорд Миридиан принялся ходить по комнате из угла в угол.
— Мне странно слышать от вас подобные речи, — сказал он наконец. — Я думал, что вы молодая, невинная девушка, ничего не смыслящая в этих вещах.
— Разумеется, я знаю, что, когда люди женятся, они спят вместе, — ответила Белла, — мама и папа всегда спят в одной постели .И я знаю, у женатых людей появляются дети, я не так глупа, чтобы не понимать этого. Но я знаю также и кое-что другое.
— Что же именно? — спросил лорд Миридиан почти с любопытством.
— А то, что обычно люди женятся, когда они любят друг друга, — вздернув подбородок и глядя на него ясными глазами, сказала Изобелла. — Может быть, это не принято в вашем кругу, среди приближенных принца Уэльского. Но у простых людей, таких, как Оливия или Нат, жених обычно любит свою невесту, а невеста любит своего жениха, и они хотят прикасаться друг к другу… целовать друг друга… спать вместе и иметь детей. И я считаю предосудительным делать это, если люди не любят друг друга по-настоящему.
— Глупые девичьи мечты! — презрительно фыркнул лорд Миридиан.
— А разве любовь существует только для тех, кто не принадлежит к высшему обществу? — спросила Белла. — Разве вы сами никогда не были влюблены?
Их глаза встретились, и даже сквозь загар, покрывавший его лицо, Белла заметила, что он слегка покраснел.
— Я много раз считал себя влюбленным, — честно признался он.
— Тогда вы имеете некоторое представление о том, что это такое, — сказала Белла. — И вы хорошо знаете, что вы отнюдь не влюблены в меня, хотя я и ваша жена. — Она помолчала, а затем добавила:
— Я постараюсь вести себя так, как вы хотите, я сделаю все, чтобы с достоинством носить ваше имя. Но я не собираюсь при этом вынашивать также ваших детей только потому, что так принято. И без любви я не лягу в постель ни с вами, ни с кем-либо другим!