В первую минуту мадам Бертен подумала, что у нее странное и очень трогательное личико. Затем девушка взглянула на нее огромными глазами, и неожиданно мягкий музыкальный голос произнес:
— Я пришла к вам, мадам, потому что только вы можете мне помочь. Не могли бы вы сделать меня элегантной и, если удастся, красивой?
Глава 9
На улицах Лондона царило оживление, не мешающее, однако, лорду Миридиану перемещаться со скоростью, которую можно было бы счесть опасной, если бы не его мастерство управлять лошадьми. Весь его вид говорил о том, что он был доволен собой. Он прекрасно провел время в гостях у Чарльза Холстеда, выиграл порядочно денег на скачках и петушиных боях и даже сделал неожиданное приобретение в лице подающего надежды борца, которого он взял под свое покровительство.
Погода стояла отменная, и с того момента, как он прибыл в загородный дом Джастина и до сегодняшнего утра, когда они наконец разъехались после прощальной ночной пирушки в соседнем поместье, все шло как нельзя лучше.
Вместо двух дней визит растянулся почти на две недели. Но кто мог предположить, что принц Уэльский надумает приехать в Ньюмаркет и что в числе сопровождавших его лиц окажется леди Деверо!
В результате, погостив у Чарльза, лорд Миридиан затем присоединился к принцу и провел несколько дней в его обществе, а оттуда попал еще на одну холостяцкую вечеринку, куда были приглашены такие хорошенькие девочки, что даже Джастин признал, что они превзошли все его ожидания.
— А ты неплохо набил карман, Себастьян! — заметил Джастин.
Они резко свернули за угол и чуть не столкнулись с груженой подводой.
— Да, неплохо, — согласился лорд Миридиан. — Мне очень понравилось у тебя. Надеюсь, ты опять меня пригласишь как-нибудь.
— Боюсь, что это будет не скоро, — слегка помрачнев, ответил Холстед. — Если только я не отыграю у Брукса то, что я просадил на скачках.
— Нужно было слушаться моих советов, мой милый, — равнодушно ответил лорд Миридиан.
Он был настолько богат, что даже не представлял, как проигрыш может расстроить финансовые дела или заставить отказывать себе в каких-либо удовольствиях.
— В следующий раз я обязательно послушаюсь тебя, — сказал Холстед. — Если, конечно, он будет, этот следующий раз.
— Что ты имеешь в виду? — быстро спросил лорд Миридиан, — Неужели твои дела так плохи?
— Да я совсем не об этом, — ответил Джастин. — Я просто имел в виду, что за эти две недели ты кое о чем забыл.
— Да? — спросил лорд Миридиан. — О чем же?
— О Изобелле, — ответил Чарльз.
— О, господи! С чего это ты вдруг о ней вспомнил? — с искренним удивлением спросил лорд Миридиан. — Конечно, я не забыл о ней и не сомневаюсь, что с ней все в порядке.
В конце концов, в это время года в Лондоне довольно весело.
— По правде сказать, я сам совершенно забыл про нее, — честно признался Джастин. — Было столько развлечений и столько других женщин! Но сейчас я вдруг вспомнил, как мы везли ее в Лондон. Мне кажется, что было бессердечно с твоей стороны бросить ее одну в незнакомом городе, где у нее нет ни друзей, ни родных.
— Ничего с ней не случится, — безразлично сказал лорд Миридиан, и, когда Джастин не ответил, он сердито воскликнул:
— Черт побери, Холстед! Что я, по-твоему, должен был делать? Ходить за ней, как нянька? Пусть учится жить самостоятельно, или мне придется подыскать ей достойного учителя!
— Кого же, например? Леди Деверо? — лукаво спросил Джастин.
Лорд Миридиан нахмурился. Он терпеть не мог, когда его поддразнивали насчет его любовных похождений.
— Серьезно, Себастьян, — продолжал Холстед, не давая ему ответить. — Я думаю, тебе надо что-то делать с Беллой. Неужели у тебя нет какой-нибудь сестры или тетки, которая помогла бы ей освоиться в ее новом положении?
— К счастью, большинство моих родственников уже в могиле, — ответил лорд Миридиан. — Даже если бы они были живы, от них все равно было бы мало толку. Все они отличались редкой занудливостью, а обо мне говорили не иначе как «бедный Себастьян», будто я был каким-нибудь калекой или слабоумным.
Чарльз запрокинул голову и расхохотался.
— Хотелось бы мне их услышать! — воскликнул он. — Немного найдется людей, способных сказать о тебе «бедный Себастьян!».