Пока мужчина жадно ел, девочка, чинно усевшись на стуле, внимательно его разглядывала. Он снял капюшон, и было видно, что глаза у него льдисто-серые, а длинные светлые волосы вьются на концах. Он был давно не брит. Одежда потрепанная, но чистая, у ног путника лежал большой дорожный мешок.
— Что в нем? — спросила девочка, когда гость насытился.
— Разное, — отозвался Алекс. — Я иногда торгую всякой ерундой. Кстати, я хотел бы вас отблагодарить за доброту, выберите себе что-нибудь из мешка, там есть парочка неплохих кукол.
Глаза девочки загорелись, и она азартно начала рыться в мешке. Чего там только не было: куклы, лошадки, карты, компас, какие-то книги и пара склянок с непонятными настойками. Наконец она выбрала книгу, больше похожую на блокнот, маленькую и очень старую. На обложке был нарисован глаз.
— Я бы хотела ее!!! — воскликнула маленькая графиня, прижимая к груди добычу.
— Ты уверена? — спросил эрул. — Открой ее.
Девочка открыла книгу. Текста не было. Ни одного слова и ни одной буквы.
— Что это за книга, в которой нет ни слова?
— О, это волшебная книга, — сказал гость. — Ты пишешь в ней слово и получаешь историю.
Девочка недоверчиво покосилась на него:
— Любое слово?
— Да, абсолютно любое, первое слово, что придет в голову.
— А как книга рассказывает истории? Появляется текст?
— Нет. Истории рассказываю я. Я волшебник. Добрый, — добавил мужчина,
вспомнив, что видел в ближайшем селе людей, очень уж смахивающих на мидарских инквизиторов.
— Волшебник?! — глаза девочки стали почти круглыми от изумления. — Я хочу историю!!! — запрыгала она и, схватив перо, начала выводить что-то в книге.
— Вот, я написала слово «башмаки»! Хочу историю про башмаки!
Алекс хмыкнул:
— Ты странная. Я думал, ты напишешь слово «принц», «дракон», «красавица», а ты — «башмаки»… Ну ладно, башмаки, так башмаки. Слушай.
Графиня села поближе к огню, служанка Петра примостилась на сундучке, странник достал небольшую трубку, закурил и начал:
— Недалеко от вашего замка, в чаще леса жили эльфы. Это был прекрасный народ, красивый и мудрый. И правил ими король эльфов Эфер и королева Дайла. Они любили друг друга и были почти счастливы. Почти, потому что у них не было детей. За долгие-долгие века (а эльфы живут почти вечно) королева не родила ни одного ребенка.
Король усердно молился лесным богам, приносил богатые дары.
И вот, наконец, через много столетий, королева родила ему дочь, но умерла при родах.
Эфер ужасно страдал. Дочь — это единственное, что у него осталось и он берег ее так, как не берег свое дитя ни один отец.
Девочка подрастала, и отец понимал, что рано или поздно она повзрослеет, выйдет замуж и он останется один в своих пышных чертогах.
Безумие и страх охватили короля, и он приказал гномам сделать для дочери башмаки. Но это была не просто красивая обувка: эти башмаки были волшебные и не давали девочке взрослеть ни на день. Шли годы, а она все оставалась ребенком. Отец баловал ее, каких только кукол и редких игрушек не было у маленькой принцессы.
Но они уже не радовали девушку в теле ребенка. И она подолгу в одиночестве бродила по лесу.
В одну из таких прогулок она набрела на замок графа Элленберг.
Молодой граф приглянулся ей, и она стала наблюдать за ним, прячась в зарослях.
Юноша был красив, смел и умен.
И эльфийская принцесса влюбилась. Она очень страдала, сравнивая себя с пышнотелыми поселянками. Девушка никак не могла понять, почему все взрослеют, а она все еще ребенок. Про силу башмаков она ничего не знала, король под страхом мучительной смерти запретил подданным говорить дочери о причине ее вечного детства.
Прошло несколько лет, и молодой граф женился на красавице соседке. Бедная эльфийка искусала губы в кровь, когда смотрела, как счастливые молодожены выходят из церкви. А потом побрела в лес, к постылым куклам…
Прошло еще несколько лет, и у графа родилась дочка, так похожая на отца.
Эльфийка иногда видела, как она играет у мельничного пруда, пуская кораблики, сделанные из щепок.
Однажды дочка графа наклонилась слишком сильно над водой, упала и начала тонуть. Эльфийка кричала, звала на помощь, но никто не слышал.
Тогда она скинула с ног башмаки, что мешали плавать, и нырнула в пруд. Она смогла вытащить ребенка на берег, но была убита подбежавшими крестьянами, которые приняли ее за русалку. А башмаки остались лежать на берегу…
— Ужас какой… — прошептала маленькая графиня, прижимая к груди книгу. — А где сейчас эти башмаки?