— Да! — продолжала его собеседница. — Эльфы сейчас и хозяйничают в Одале как победители. Никто не знает, почему северяне напали. Хотя, что там знать, они ж разбойники!!! Особенно предводитель ихний, тварь редкостная. Говорят, смог втереться в доверие к королю эльфов и даже жениться на его дочке. Люди думают, что он упырь и стравливает между собой все расы, чтоб напиться крови!! Скажи мне, Волшебник, как Совет допускает, чтоб такая тварь ходила по земле? Почему его не прикончат?!!! — девочка обратила гневное лицо на мужчину.
Алекс долго и задумчиво смотрел на маленькую графиню, затем ответил:
— Я думаю, рано или поздно его прикончат. Как ты думаешь, мир от этого станет лучше? Наступит мир и благоденствие?
— Да, конечно!!!
— А вот и ошибаешься!!! Если бы мир и благоденствие зависели лишь от одного человека или от упыря, то сегодня птичница Марыська не пришла бы с фингалом под глазом, который поставил ей ее муж. А год назад не нашли бы в навозе труп младенца, которого принесла одна из девок в подоле, убила и закопала. Не заморили бы голодом старуху в Новоборье, чтоб избавиться от лишнего рта…. Не думаю, что упыри, вурдалаки или бруксы имели к этому хоть какое-то отношение.
Девочка охнула:
— Откуда тебе это известно?!
— Я же Волшебник, ты забыла?! Впрочем, хватит тебя пугать. Давай поговорим о других вещах, тоже взрослых и неприятных.
— Нууу… давай, — неуверенно отозвалась Эллен.
— Ты знаешь, что скоро начнется война?
— Война?! — тревожно воскликнула маленькая графиня. — Но вроде как перемирие заключили?!
— Этому «перемирию» грош цена! Люди жаждут мести, эльфы и прочие нелюди тоже настроены решительно. Достаточно любого пустяка. Помню, война между Алдаром и Линделлом началась из-за того, что один из алдарских солдат помочился на линделльский пограничный столб…
— В каком смысле «помнишь»??!! Эта война же была лет четыреста назад! — ошарашенно воскликнула Эллен.
— Ты не отвлекайся на ерунду! На чем я остановился, сбила ты меня… А, вспомнил! Вот что хотел тебе сказать. Если разразится война, то армия нелюдей пойдет по Галенскому тракту, через твой замок, тебе придется ее пропустить.
— Я должна пропустить ту армию, что вырезала Одал?
— Да, графиня! Я тебе оказал услугу, избавив от злых чар. За это ты должна пропустить нелюдей через Элленбергские Ворота.
— Нет!!! Никогда!!! Я видела тех людей, беженцев! Я никогда этого не забуду! Если я пропущу армию, то за Одальской последует Галенская резня! Эльфы живут столетия. Люди живут всего несколько десятков лет!
— Если бы ценность кого-то в этом мире измерялась краткостью жизни, то самым ценным существом была бы муха дрозофила! — улыбнулся бродяга. — Понимаешь, в чем дело, графиня. Если ты не пропустишь армию, она может осадить твой замок, сжечь твои деревни, разорить твоих крестьян. Зачем тебе это?
— Крестьяне отсидятся в замке, а домишки мы им понастроим. Элленберг неприступен!!!
— Неприступных замков не бывает, графиня! — сказал мужчина и улыбнулся. Его зрачки расширились. На Эллен навалилась какая-то слабость. Словно она весь день таскала мешки с углем и притомилась… Ей захотелось уткнуться в плечо Волшебника и уснуть…
— Завтра я уйду, ваша светлость! — как через толщу воды слышала она голос. — А вы подумайте над моим предложением, не усложняйте себе жизнь!
— Нет… никогда… не пропущу… армию…
Спать…спать… как хорошо…спокойно и тепло…
Эллен сквозь дрему чувствовала, как мужчина взял ее на руки, понес. Бережно миновал проемы дверей, чтоб не задеть свою ношу. Положил на кровать в спальне графини.
— Спи, Эллен. Наслаждайся остатками своего детства! А я сделаю еще одну попытку тебя уговорить… через пару месяцев, когда повзрослеешь…
Он поцеловал ее в лоб и растворился среди теней.
Глава 11. Начало войны
— Ешь тише, суп горячий! — с улыбкой сказала Лорен мужу, жадно набросившемуся на обед.
Алекс вернулся домой в полдень. Уставший и забрызганный дорожной грязью. Берта и Лорен засуетились, накрывая на стол, пока хозяин мылся и переодевался.
Где он был? Лорен, увы, не знала… Все лето муж где-то пропадал, ссылаясь на поручения Совета, неспокойные времена и прочее разное мужское. Но эльфийка сердцем чуяла, что дело не только в этом и что ее супруг что-то скрывает. Запах… Муж стал пахнуть не только табаком, металлом, кожей и ветром, то есть, собой, но и чем-то еще. Или кем-то. Тонкие ноздри Лорен улавливали едва заметный аромат сандала и роз. Не вполне то, чем положено благоухать наемнику.