Франтишка, видя такое первый раз в своей жизни, с любопытством вертела головенкой. Иногда косилась на стоящую рядом графиню — красивую, статную, отдающую четкие короткие приказы, гордую.
— Элленберг не падет, не падет — пока я жива! — горячо шептала Эллен.
Повисло напряжение… Незнакомую армию пока еще скрывал лес, тракт шел через него, петляя.
— Вырубить этот участок леса прикажу потом! — бросила графиня воеводе. — Ни черта же не видно!!!
Наконец чужаки начали выезжать на открытое пространство… Странная невиданная армия…
— Это не люди!!! — кто-то крикнул со стены замка.
Франтишка, открывши рот, во все глаза смотрела на пришлых, которые ровными рядами строились под стенами Элленберга. В полной, абсолютной жуткой тишине.
Разглядеть армию подробно на таком расстоянии было невозможно, но по тому, как они двигались, шевелились, было понятно, что это не эльфы, не гномы, не люди и не хоббиты, они не были похожи ни на одно существо, которое девочка видела в течении своей короткой жизни.
От четких рядов чужаков отделился всадник, мужчина в черном плаще с капюшоном, и поехал по направлению к главному барбакану Элленберга.
— Переговорщик! — воскликнула графиня. — Коня мне! — крикнула конюхам и спорхнула вниз по лестнице. Влетела в седло. Заскрипела лебедка поднимаемой решетки на воротах.
Лучники графини взяли на прицел вражеского переговорщика и первые ряды его армии.
Сердце. Как же бьется сердце…
Эллен и парламентер в капюшоне приближались друг к другу.
— Что-то в нем есть знакомое… — пробормотала графиня.
Мужчина остановил коня в нескольких шагах от девушки и снял капюшон…
— Волшебник??!! — выдохнула графиня.
Мужчина улыбнулся.
— Ты??!! — вновь вскричала она. — Ты эрул Линделла??!! Это ты вырезал Одал??!! О боги…
— Ну, можно и так сказать… — и вновь улыбка зазмеилась по его губам.
Эллен, задыхалась. От гнева. Ярости. От жалости к виденным ею одалльским беженцам. От его обмана…
Она смотрела в его льдистые глаза и ненависть холодной змеей шевельнулась в ее сердце. Как он мог?.. Как она могла?.. Ненависть шевелилась и превращалась в нечто иное, ненужное и неуместное сейчас. Эта метаморфоза еще больше выводила из себя и пугала.
«Надо взять себя в руки… За спиной мой замок!» — подумала графиня, а вслух сказала:
— Что тебе нужно, упырь?!
Он тронул коня шпорами, подъехал почти вплотную к Эллен, положил затянутую в перчатку руку ей на бедро, наклонился…
— Открой Ворота… — засвистел его вкрадчивый голос.
— Убери руку, на нас люди смотрят! — зашипела змеей графиня.
— Ворота! — с нажимом повторил он, убрал руку, развернулся и направился к войскам.
— А если не открою, то что??!! — с вызовом крикнула она. — У тебя, упырь, меньше тысячи человек! Ты простоишь под моими стенами вечность!
— Да неужели?! — повернувшись к Эллен, хмыкнул он. Потом что-то гортанно крикнул своей армии. Какой-то приказ.
Из черной массы чужаков вперед шагнула женщина. Странная. Длинноногая. В обуви, похожей на копыта. В короткой юбчонке. Была ли на ней какая-то еще одежда, сказать сложно — черные струящиеся волосы закрывали ее грудь и спину. Она сделала два танцующих шага вперед и, прежде чем лучники Элленберга успели выстрелить, взмахнув руками, послала огромную огненную комету в сторону замка. Увернулась от стрел, вильнув бедрами, и засмеялась хрипловатым порочным смехом. Пущенная ею комета со свистом и треском ударила в одну из сторожевых башен. Башня рухнула вместе с людьми. А стрелы так и не достигли цели, отскочив от невидимой преграды и рухнув в мокрую траву.
Франтишка дико взвизгнула, вцепившись в Родимира.
— Кто это, деда?!
— Ифриты… это ифриты, детка.
Упырь вновь что-то крикнул.
— Стой!!! Стой!!! Прекрати!!! — Эллен пыталась перекричать вопли раненых и свист и треск пожара. — Прекрати!!!
— Открой Ворота, графиня!!! — зло оскалившись, крикнул эрул.
— Хорошо… Будь ты проклят, упырь!!!
Он ухмыльнулся.
Эллен подала знак. Огромные лебедки, открывающие Ворота к Мидару, завертелись.
Графиня в ужасе смотрела, как орда нечисти течет мимо замка по Галенскому тракту.
«Я повинна в гибели мира…» — в отчаянии думала она.
А сверху, с замковой стены, с еще большим ужасом, на армию чужаков смотрела внучка воеводы Франтишка.
Она видела женщин в черном с закрытыми вуалью лицами. И дед сказал ей, что это черные ведьмы.