— Алекс, я присяду? — спросила Эрика, найдя упыря в его комнате. Он валялся на кровати и опять что-то читал.
— Да, конечно, присаживайся, — он слегка подвинулся.
Мэтресса несмело присела на край его кровати.
— Я должна сказать тебе кое-что…
— Внимательно слушаю, — холодно отозвался он.
— Я не стану лить воды, не в моих правилах! — резко начала Эрика. — Помнишь, ты сказал, что с меня еще десять жизней?
Вампир кивнул.
— Я договорилась с бургомистром Ксавьером и с мэтром Ольгердом, начальником тюрьмы, они мне все обязаны… — зачастила она. — Еще десять человек. Осужденных. Все мужчины. Они твои. Они все равно осуждены на казнь. Насильники. Убийцы. Бандиты. Завтра тебя ждут в тюрьме. Сделаешь свое дело и уходи из города. Их кровь восстановит тебя окончательно. Больше я тебе ничего не должна! — она задрала подбородок.
— А я тебе?.. — вкрадчиво прошептал вампир.
Сердце Эрики дернулась, прыгнуло, замерло. Что-то горячее разлилось по позвоночнику.
«Это мой шанс…»
— Мэтресса, дедушке в десятой палате опять плохо! — в дверь просунулась конопатая мордашка Марты.
— Да черт возьми, вы можете без меня хоть иногда обойтись или нет???!!! — закричала Эрика.
Вампир нахально улыбался, глядя на эту сцену.
«Что он все лыбится??!! Как я его ненавижу!!! Только работать мне мешает!» — мэтресса тайком смахивала слезы, несясь к дедушке, которого опять рвало чем-то зеленым.
На следующее утро, не попрощавшись, вампир ушел в город. Эрика долго сидела на его пустой кровати. Подбородок ее дрожал…
Прошло несколько сумбурных, полных обычных забот дней. Наступило утро пятницы. За окнами валил сентябрьский ранний снег… Эрика завтракала в столовой клиники в полном одиночестве, когда к ней несмело подошел сторож Стефан. Он стоял, большой, сутуловатый и неуверенно мял шапку в руках.
Эрика вопросительно посмотрела на него:
— Чего тебе, Стефан?
— Мэтресса, я это…Сказать хочу… Показать…
Эрика вздохнула. Стефан отличался редким косноязычием и долгими прелюдиями и вступлениями.
— Что стряслось, Стефан? — нетерпеливо воскликнула она. — Ради чего ты мне позавтракать спокойно не даешь?! Умирает, что ль, кто?
Стефан переминался с ног на ногу.
— Жинка моя давеча была на рынке в Регине… Кур продавала…. Жирные куры в этом году откормилися…
— Господи, за что?!.. — воскликнула мэтресса.
— Так вота весь Регин оклеен такими бумажками, — невозмутимо продолжал Стефан. — Офиша, стал быть… — и он положил перед ректоршей кусок ярко раскрашенной бумаги. — Я скумекал, может показать надыть…
— Афиша, — машинально поправила Эрика и бросила взгляд на «бумажку».
«Офиша» гласила:
Жители города Регин, спешите видеть!!!
Только на нашей арене!!!
И только в эту пятницу!!!
Десять осужденных за кровавые убивства и печально знаменитый Линделльский Упырь сойдутся не на жизнь, а на смерть!!!
В полдень!!!!
Вход 5 крон!!! Принимаются ставки!!!
Не пропустите сие зрелище!!!
Эрика захлопала глазами, силясь вникнуть в смысл прочитанного.
— Господи… Как же так… Бургомистр же обещал… Какие еще ставки…
— Какой сегодня день, Стефан? — в ужасе прошептала мэтресса.
— Дык… Пятница.
Эрика взвилась. Вскочила. Закричала раненой волчицей:
— Запрягай!!!! Живо!!!! В город!!!!
Толстый благодушный бургомистр Ксавьер, скрестив руки на объемном чреве, внимательно слушал разбушевавшуюся мэтрессу монастыря Блэкбор.
— Как вы могли??!!! — орала Эрика. — Мы же с вами договорились, что он убьет ваших моральных уродов и уйдет спокойно восвояси!!! Я же вам поклялась, что он не тронет ни одного невинного человека!!! Как вам в голову пришло такое блядство, бургомистр??!!! Вы же умный человек!!! Это же эрул, верховный вампир!!! Возможно, последний на этой планете!!!
— Так-то оно так… — миролюбиво начал бургомистр. — Что вы так раскипятились, уважаемая госпожа?! Это же упырь! Ничего ему не станется. И он нажрется кровищи, и народу потеха, и казне прибавка! И всем хорошо!!!
— Да вы не понимаете!!! Он был ранен и ему не хватит сил выстоять против десяти сильных вооруженных мужчин! Какое у него будет оружие?
— У упыря-то? Да никакого, — пожал плечами Ксавьер.
Эрика упала в роскошное кресло бургомистра. Зашептала:
— Никакого оружия… Ксавьер, вы обрекли его на верную смерть… Он же мне доверял…
Она остекленевшим взглядом смотрела куда-то перед собой.
— Все хорошо будет! — бургомистр обнял Эрику за плечи. — Вы сами все увидите! Пойдемте! Скоро начало! Я обещал семье потеху. Да что вы плачете-то, госпожа? Это же нечисть, убивец!!! Убиваем же мы волков, и никто не рыдает!!!