Пока тот моргал глазами, вампир подскочил к нему, ударил правой рукой под подбородок. Человек качнулся, потерял равновесия, неуклюже взмахнул топором.
Упырь выбил топор, перехватил оружие поближе к лезвию и чиркнул по горлу соперника. Тот захрипел.
Бросок. Несколько глотков и вампир, шипя и скаля клыки, бросился на висельников.
Все это заняло лишь несколько секунд.
Зрители, заметив кровь, радостно взвыли.
Бандиты заорали. Засвистели мечи. На песке арены бился в агонии всеми забытый мордоворот.
А потом началась бойня.
Нечеловечески быстрыми движениями упырь бросался на людей. Он не убивал, а лишь наносил тяжелые ранения. Хлестала кровь. Толпа неистово вопила.
— Убей их, упырь!!! — кричала какая-то малолетка, жестокая радость безобразила ее полудетское личико.
Наконец Алекс, тяжело дыша, остановился, бросил оружие.
На песке арены корчились десять висельников. С распоротыми животами, отрубленными конечностями, окровавленные.
Упырь подходил к каждому из них. И пил. Они сучили ногами и хрипели. Умирали тяжело…
Когда вампир уходил с арены, к нему живчиком подскочил радостный бургомистр:
— Пять сотен крон за каждый выход на арену!!! Назови свою цену, сторгуемся!!!
— Пошел нахер, скот человеческий!!! — зашипел на него вампир, толкнул, пачкая кровью роскошные меха бургомистра. И пропал в толпе.
Потом эта пятница будет названа Кровавой. Толпа висельников превратится в сознании людей в мучеников, невинно пострадавших от руки абсолютного вселенского Зла.
Так причудливы повороты истории…
Глава 19. Месть? О да, месть!!!
Эрика вернулась из города разбитая и измочаленная. В клинике вампира не было, спросила у студенток и у Стефана. Нет, не появлялся…
«Ушел…» — подумала мэтресса.
Столько разнообразных чувств сплелось в ее душе, что она не могла выделить главное, солирующее. Была и горечь утраты, и отвращение к бургомистру, ужас, вызванный зрелищем жестокой расправы над бандой висельников, опустошенность.
Наконец она вспомнила пойманный ею, полный ненависти, взгляд вампира и на поверхность ее раненой души всплыло огромной серой глыбой вполне определенное чувство и погребло под собой остальные. Чувство страха… Все те страхи, что она испытывала ранее в своей жизни, меркли на фоне этого холодного ужаса.
«Убьёт… Не простит… Он думает, виновата я… Что я в сговоре… И студенток моих вырежет… Бедные мои девочки… Как же я вас подвела… Что же делать? Уехать?.. Но куда?.. Найдет!»
Поговорив после боя с бургомистром, который, подсчитав огромные сборы от зрелища, сразу простил Эрике ее несдержанность, мэтресса поняла, ЧТО из себя представлял ее пациент № 22. Существо, вырезавшее два города… Разве он откажется от мести? Никогда…
Но проходили дни, а о вампире не было ничего слышно. Ни в городе Регин, ни в окрестностях монастыря. Напряжение и страх начали понемногу спадать…
Вечером одного из холодных осенних дней, когда ветер выл на разные голоса в каминных трубах, Эрика направилась в лекторий, чтобы подготовить его к завтрашнему занятию.
Еле открыла дверь, руки были заняты плакатами и препаратами. Бухнула их на стол преподавателя и принялась зажигать канделябры около доски.
— Добрый вечер! — внезапно раздался гулкий голос из мрака аудитории.
Женщина вздрогнула, чуть не выронила канделябр:
— Господи, кто здесь?!
Мрак ожил, зашевелился и материализовался в эрула, который, не торопясь, спускался к мэтрессе.
Она оцепенела… Бросила затравленный взгляд на дверь…
— Напрасные труды! Я доберусь до двери раньше! — насмешливо заявил вампир. — А ты зажигай свечи-то, зажигай!! Они нам понадобятся!
Он подошел к двери, запер ее на торчащий в замочной скважине ключ, ключ опустил к себе в карман и картинно похлопал по нему.
«Убьёт… — тоскливо подумала женщина. — Лишь бы убил быстро…»
— Ты слышала, что я сказал?! Зажги свечи, мэтресса!!! — с нажимом произнес он.
Она подчинилась. Руки безбожно дрожали. Набралась духу. Почти крикнула:
— Я не знала НИЧЕГО о планах бургомистра, эрул!!! Он обманул меня! Конечно, ты имеешь право мне не верить после всего, что там с тобой хотели сделать! Но я НИКОГДА не причиняла вред ни одному из моих пациентов. Я старалась спасти всех…
Он подошел к ней. Высокий. Насмешливый.
— Представь, я тебе верю! — сказал эрул, подойдя почти вплотную.