Толпа заворчала, зашумела, в ее недрах рождался рокот и одобрительные возгласы.
— Гномы продают оружие нелюдям!!! Вам — игрушечки, им — топоры, мечи и кольчуги!!! Очнитесь, добрые люди Златиной Топи, и изгоните навсегда инородную заразу из своих земель!!!
— Верна говорит!!! Вернааа!!! — заорала толпа.
— Громи, робяты, их лотки!!! — завопили, невесть откуда взявшиеся, пьяненькие расхристанные мужички с топорами.
— Баб эльфки приучают рожи мазать да полюбовников заводить!!! — загудели степенные семьянины.
Толпа колыхнулась, потрясая кулаками.
Испугавшиеся сего великого шуму, эльфские ребятишки прыснули с полянки, опрокинули самого малого человеческого дитенка. Тот, со страху, обмочил полотняные праздничные портки и заревел дурным голосом.
— Дитев наших эльфы убивают!!! — завизжали истошно бабьи голоса.
И началось…
Зачинщиками, конечно, были те самые пьяные веселые мужички с топорами.
Радостно вопя, они переворачивали лотки нелюдей. Резные коники, духи и книги полетели в осеннюю грязь…
Нелюдей били кулаками в лицо, рвали на них одежду и волосы.
Взвились топоры, вилы и рогатины.
Потекла кровища, полетели отрубленные пальцы.
Был затоптан первый ребенок…
— Все, парадиз закончился, уезжаем отсюда! — скомандовал эрул Михасю, поднимаясь с лавки.
— Но, господин!!! — монашек, вылупя глаза, повис на рукаве вампира. — Как же??!! Мы не можем же???!! Они же их убьют всех!!! Там дети малые!!!
— Это не мое дело! Я наемник, а не благородный рыцарь! — ответил Алекс, стряхивая с себя Михася и стараясь не смотреть на происходящее на площади.
— Но, господин!!!
— Поехали, я сказал!!! — зло зашипел вампир. — Что ты предлагаешь мне, блядь, сделать?! Напасть на солдат?! Или начать резать деревенских??!! Я, твою мать, наемник, а не спаситель обиженных и оскорбленных!!!
Ехать пришлось по кромке площади, пробиваясь сквозь кровавое месиво. Алекс не брезговал пускать в ход меч, пробиваясь к тракту. Монашек ехал за ним, в ужасе вцепившись в гриву своего мула. Михася мутило.
Они уже почти выехали из деревни, как заметили ватагу мужиков, которые тащили за косы эльфийскую девочку-подростка. Один глаз у нее был подбит, зубов не хватало.
Заметив Алекса, девочка, в отчаянной мольбе, протянула руку к копытам его коня и зашептала:
— Помогите…
Вампир пару секунд смотрел ей в глаза, затем молниеносным движением чиркнул мечом по горлу эльфийки.
Кровь брызнула на копыта Люцифера. Глаза девочки закатились.
— Прости… — прошептал эрул, разворачивая коня к тракту.
— Сука патлатая, потеху нам спортил!!! — орала ему вслед пьяная ватага.
Алекс пришпорил коня. Следом затрусил на своем муле Михась с совершенно зеленым лицом.
Из некогда процветающего села Златина Топь доносился нечеловеческий вой…
Глава 26. «Нет греха хуже бесстрастия»
— Зачем вы ее убили??!!! — закричал Михась, едва злополучное село скрылось из вида. — Она же ребенок почти!!!
— Поэтому и убил… — мрачно ответил Алекс.
— Вы могли бы отбить ее у этих мужиков!!! — не унимался монах. По его конопатому лицу обильно текли слезы и мешались с каплями осеннего дождя, который зарядил совсем некстати. — Я же видел, как вы расправились с теми бродягами, которые напали на меня!!! Что вам стоило отбить ту девочку??!!
— Послушай, племянничек!!! Оказывается, ты не только дурачок, а еще и тугоухий!!! — взорвался эрул. — Чем ты был занят, пока глашатай орал с телеги указ этой блядины Изабеллы??!! На девичьи жопы пялился??!! Что сказано в указе, повтори!!! — приказал вампир.
— То, что надобно всех изгнать… — заморгал глазами Михась.
— Браво!!! Хоть что-то в твоей башке задерживается. Кроме того, там было сказано, что за укрывательство нелюдей полагается смерть. Даже если бы я ее отбил, нас бы задержали на первой же заставе, ибо девчонка эта — эльф, если ты не успел заметить. И ждала бы нас смерть на виселице. А смерть на виселице, дорогой мой идеалист, это не про красивый лаковый гроб, слезоточивую прощальную речь скорбящей родни и памятник размером с жопу великана! Это про переломанную шею, обоссаные штаны и обгрызенные голодным зверьем ноги.
— Но зачем ее-то убивать было???!! — не унимался парень. — Убили бы этих забулдыг!!!
— И опять мимо, дорогой племянничек! Во-первых, этим бессмысленным действием я привлек бы к нам внимание солдат, который так и ждали, кому бы еще выпустить кишки. А во-вторых, там было столько желающих нахаляву трахнуть нелюдских баб и девок, что на смену убиенным забулдыгам тут же возникли бы другие. И девчонку все равно бы трахнули. А она слишком мала, чтобы выжить после этого. Я оказал ей услугу, избавив от мучений. Из какой, вообще, девственной дыры ты вывалился, племянничек??!! Такое чувство, что ты впервые реальный мир видишь.