Трава расступилась, и на дорогу выкатилось с десяток маленьких, с локоть, человечков в болотного цвета одежках. Их предводитель поднял сморщенное, похожее на большое печеное яблоко, личико и важно спросил:
— Чего надось?!
— Кто это?! — оторопело воскликнул Михась.
Алекс сделал на него страшные глаза и зашипел:
— Это добрячки, бестолочь!!! И ни слова мата!!!
Потом повернулся к мелкой компании и отвесил им очень галантный поклон.
Человечки ответили тем же, подметая колпаками дорожный песок.
— О, мудрейший и древний народ этих болот! — обратился Алекс к добрячковой банде. — Мы с друзьями путешествуем и попали в крайне затруднительную ситуацию. По весьма печальным причинам нам нужно свернуть с этой дороги и пройти через топь к верховьям Дивы. Но сами мы, по глупости своей, не сможем этого сделать. Не согласитесь ли вы, уважаемые добрячки, нас сопроводить. Мы приготовили вам дары! — вампир указал на ямку с побрякушками.
Человечки алчно уставились на золото и серебро и радостно залопотали.
— Цыц вы!!! — прикрикнул на них предводитель. — Чавойтось маловато будет за наш тяжелый труд! — укорил он вампира. — Надобнось бы добавить! Ишшо уздечку с коня неплохось было бы!
Алекс вздохнул и снял с Люцифера уздечку, украшенную серебряными бляхами. Добрячки залопотали еще более радостно.
— Пойдет? — спросил эрул.
— Канешна, раньше б поболесь взяли. Но чичас временась такие скудные… Идите за нами, да не отставайтесь!!! — заявил мелкий предводитель и развернулся к топи.
— Кони пройдут? — спросил Алекс, с сомнением глядя на болото, которое изрядно пучило.
— Ежелесь след в след за нами идтись, то пройдут! — отозвались человечки.
Со страхом глядя на трясину, попутчики эрула двинулись за провожатыми. Но, несмотря на опасения, шли гладко. Узкая, еле заметная в траве тропа была камениста и надежна. Люсьенка, успокоившись и освоившись, даже успевала рвать клюкву и совать себе в рот. Впрочем, угостила и вампира с монахом.
Бойко шли.
И когда песчаная дорога скрылась из виду, Алекс вздохнул с облегчением:
— Авось проскочим!
День клонился к вечеру. Добрячки опять затянули свою гнусавую песенку про злато, серебро и жинок.
Алекс шел, думая о своем и отмахиваясь от поздних осенних мух и отфыркиваясь от весьма непарфюмных ароматов болота. И только он хотел сказать, что ароматы сии весьма схожи с поросячим бздежом, как один из человечков, потянув носом, восторженно произнес:
— Дивненькось сегодня воздух пахнет! Свежесть, однакость!
Вампир решил промолчать, на всякий случай… А то мало ли…
Промаршировав по топи еще немного, они вышли на значительный пригорок, на котором громоздилась какая-то куча валунов, очевидно, оставшихся от ледника.
Подойдя ближе, стало ясно, что валуны сии — не прихоть природы, а сложены чьими-то руками в виде арки, в центре которой была огромная круглая дыра, полуприкрытая круглой же каменной дверью. Из дыры разило.
— Ну вот и пришлись мы!!! — радостно заявил добрячковый предводитель.
— Куда «пришлись»?! — не понял эрул. — Я не вижу ни реки Дивы, ни Нагорья Бруксы.
Добрячки весело захихикали.
— Туда идитесь! — замахал руками на вход в дыру мелкий начальник. — Ход подземный! Тако к Диве и выведитесь! И коньки ваши пролезут, своды-то высооокие!!! Идитесь! Идитесь!!! А нам домой надобнось, к жинкам! Фонарики, фонарики возьмитесь! — и человечки притащили из-за скалы три зажженных фонаря чуть не с добрячков размером.
Алекс с сомнением посмотрел на зияющую дыру, из которой дурно несло.
Но делать было нечего, другого выхода из этой бесконечной топи, видимо, не существовало.
Прошли они по пещере немного… Шагов тридцать. Как раздался скрежет, металлический щелчок и каменная дверь за ними с грохотом захлопнулась.
Кони испугались, визгливо заржали, дернулись. Путники повисли на их гривах, боясь, что лошади переломают себе ноги.
Успокоив Люцифера, вампир кинулся к каменной двери:
— Эй, уважаемые!!! Выпустите нас!!! Дверь откройте!!!
За дверью царила тишина, видимо, толща камня не пропускала ни звука.
— Нас заперли, сударь… — прошептала Люсьенка.
Фонарь скудно освещал ее изуродованное ужасом лицо.
— Суки мелкие!!! — взбесился вампир, швыряя камни в западню. — Чтоб вас, блядей, разорвало! Чтоб вас в жопы гоблины трахнули!!! Чтоб вам тролли в рот нассали!!! — отводил душу Алекс.