- Не передергивай и не юродствуй! Игорь ни к кому не приходил. Он живет у нас. Ты бы его видела. У него все лицо разбито. Ты понимаешь, что жёны так не поступают?
- Для особо претворяющихся непосвященными довожу до сведения: он мне не муж, а я ему не жена. Могу документ показать, если он свой потерял или не удосужился забрать из отдела ЗАГС.
- Таня, - бывшая подруга постаралась применить более мягкий и увещевательный тон, так как нахрапом вывести меня на эмоциональное выяснение отношений не получилось. - Ну, с кем не бывает? Поссорились, разбежались. Но это же не повод изменять друг другу. Вы же такая хорошая пара. У вас же все так хорошо было. Еще сойтись можете. Не так уж вы сильно и заругались.
- В том то и дело, что было. Но больше не будет. И сходиться я не хочу. Игорю я свою точку зрения высказала. То, что у него не задался разговор с Кириллом не мои проблемы. Мужчины поговорили по-мужски. Я к этому никакого отношения не имею.
- То есть ты считаешь вполне правильным, что Игорь сейчас совершенно в непрезентабельном виде?
- Мне абсолютно безразлично в каком он состоянии. И советую тебе, Люба, принять это к сведению и больше не звонить и не беспокоить меня своими нравоучениями.
- Значит вот так, да?
- Да, вот так. Я эгоистичная тварь, отвратительная жена, ужасная подруга и все остальные эпитеты, которыми вы меня награждаете, когда обсуждаете сложившуюся ситуацию. Поэтому я не могу себе позволить своим омерзительным присутствием изгаживать вам жизнь. Впредь обещаю никогда не звонить, не искать с вами встреч и вообще буду стараться всячески избегать возможностей появляться на вашем горизонте, чего прошу и от вас.
- Думаешь, нашла по-лучше, чем Игорь, поэтому и позволяешь так себя вести?
- Люба, я одного не могу понять: а ты чего так Игоря рекламируешь, будто на нем свет клином сошёлся? Если уж он так тебе мил, то забирай со всеми потрохами.
- Дура! У меня муж есть.
- Вот и я о том же! Чего ты на другого мужика облизываешься, что никак мне впихнуть не можешь, чтобы прилично выглядеть? Нравится? Бери! И живите вместе одной большой шведской семьей. Только меня больше туда приплетать не нужно.
- Сколько же в тебе злости! Ведь пожалеешь же!
- Конечно. Обязательно пожалею, Люба, - безразлично согласилась я.
- Игорь, ведь, к тебе вернуться хочет, - вновь увещевательно продолжила гнуть свою линию бывшая подруга. - Да и сколько можно ему по друзьям и родственникам мотаться? Помирились бы, а? Чего врозь жить? А так были бы вместе: и вам хорошо, и остальным замечательно.
Понятное дело. Небось, надоел он вам в вашей малогабаритной двушке, больше на однушку похожую, хуже горькой редьки. А тут такая перспектива вырисовывается. Ну, уж нет. Нам такого и даром, и с деньгами не нать.
- Люба, говорю в последний раз. Если не готова воспринимать, включи запись. Будешь переслушивать, когда ещё вопросы возникнут. Не хочу я ни его возвращения, ни его какого бы то ни было присутствия в моей жизни. Все. Разошлись. Дальше каждый живет своей жизнью. И где он кантуется и кому мешает мне вообще безразлично. Вы были абсолютно правы, когда говорили, что порознь нам может быть намного лучше.
- С тобой невозможно разговаривать, - зло выплюнула моя собеседница.
- Значит и закончим наше общение. Желательно вообще, - все так же стараясь быть безразличной к происходящему разговору, предложила я. А чего лишний раз рефлексовать? В чем я успела убедиться на собственном опыте, так это в том, что лучше всего для собственного спокойствия игнорировать и быть безразличной. То есть просто не давать возможность вывести тебя. Трудно, но очень эффективно, если хочешь отстоять свою точку зрения и не уходить в эмоциональный разбор полетов, который фактически ни к чему не приведёт.
Н-да, ни здрасьте, ни до свидания. Вот и поговорили. Но как-то даже спокойней стало. Чувствуется какая-то завершенность. Будто в конце предложения, в котором велась речь о моей прошлой жизни, поставлена одна большая и жирная точка. Хотя, есть вероятность ещё двух точек, намекающих на многоточие, но они совсем мелкие и их во внимание можно не брать. Я переверну эту страницу и продолжу писать с чистого листа.