― Перед вами, леди, четыре могущественных властителя этого мира, ― объявила распорядительница. ― Каменный дракон ― лорд Петрондо, болотный дракон ― лорд Моур, ледяной дракон ― лорд Жакко, и грозовой дракон ― лорд Ратлин.
― Гроза! Генерал Гроза! ― послышались шепотки.
Драконы даже не шелохнулись. А у меня сердце ушло в пятки при взгляде на самого крупного из драконов. Его чешуйки были цвета самой темной грозовой тучи. Его роговые выросты напоминали своими изломами молнии. В его глазах даже сейчас мерцали отблески небесных зарниц, и монокль не мог скрыть этих вспышек.
Гроза сидел, откровенно скучая, и время от времени из его ноздрей вырывались клубы дыма с запахом озона.
«Так вот ты какой, генерал Гроза!» ― я с трудом осталась стоять на своем месте. К счастью, достаточно отдаленном от генерала. Но что-то внутри кричало: «Беги! Прячься! Не попадись ему на глаза!»
― Сейчас вы по одной будете подходить к тронам наших повелителей, представляться, кланяться и отходить. Ваша задача ― приблизиться к ним на расстояние вытянутой руки, не пробудив драконью ярость, ― продолжала вещать распорядительница. ― Помните: прежде чем оседлать дракона, вам придется его приручить!
И тут моя уверенность в успехе затеянного дела впервые дала трещину. Приручить этого ящера? Да он меня одним движением поджарит, вторым ― проглотит! Недаром до сих пор никто его к рукам не прибрал!
Тем временем представление началось. И если я думала, что все будет быстро и просто, то сильно ошиблась. Потому что четыре колонны претенденток распределили между четырьмя драконами, и девицы начали по одной вплотную подходить к драконам, представляться и кланяться.
При этом все участницы волновались, все опасались клыкастых женихов не меньше моего, а потому подходили очень медленно, стараясь не делать резких движений, и удалялись так же аккуратно.
Я успешно прошла церемонию представления Каменному, Болотному и Ледяному драконам. Наша колонна выстроилась перед Грозовым.
...И вот очередь дошла до меня. Сделав несколько плавных шагов вперед, я принудила себя выпрямить спину и поднять подбородок. «Дочь барона Горнфельда, Альриана», ― проговорила, как могла уверенно. И присела в глубоком реверансе.
Драконьи ноздри дрогнули, втягивая воздух. Зрачки-щели цвета небесных зарниц сузились. Ленивая скука, с которой он взирал на предыдущих девиц, испарилась, сменившись пристальным, обжигающим вниманием. Его огромная голова слегка наклонилась. Легкий рык, похожий на отдаленный раскат грома, вырвался из его груди.
Он что-то почуял?
Сердце у меня ухнуло вниз. Неужели…
Вспомнились его яростные поиски в темных переулках, его гнев, обрушившийся на город ливнем.
Узнал? Но как?!
В полумраке таверны он вряд ли меня разглядел... Неужели запах? Я мысленно поблагодарила Элоди за ее «Лунный цветок», но теперь и он казался ненадежной защитой.
Наши взгляды скрестились. В его глазах читалось не просто неверие или азарт охотника. Это была яростная, неприкрытая борьба. Казалось, он мечтает съесть меня прямо на месте, или хотя бы похитить и унести в свое логово, чтобы… наказать? И одновременно ненавидит себя за это чувство. И меня ― за то, что я его вызвала.
Воздух между нами задрожал от напряжения.
Медленно выпрямившись, я попятилась.
Шаг, другой.
― Фр-р-фу-ух! ― Гроза выдохнул мне вслед струйку дыма, пахнущего лесным пожаром. Его крылья едва заметно приподнялись, будто все его существо рвалось в погоню.
― Не останавливайтесь, леди Горнфельд! ― Донесся до меня приглушенный голос распорядительницы. ― Отступайте медленно и плавно, пока не окажетесь рядом со мной.
И я, осторожно пятясь, продолжила свое движение. А когда краем глаза заметила сухопарую фигуру леди Траубайр, то остановилась и медленно осела на поднесенный одной из ее помощниц пуф.
― Поздравляю! Лорд Ратлин Гремучий заметил вас, ― в голосе распорядительницы звучало не торжество и не радость. Скорее, это было недовольство пополам с издевкой. ― Кто бы мог подумать, что наш генерал ― ценитель пышных форм…
Не знаю, чему там на самом деле поклонялся генерал Гроза, но он следил за мной неотрывно, пока не закончилась церемония. На тех, кто приближался к нему после меня, он, кажется, даже не взглянул.
Но и преследовать не стал. Впрочем, зачем, если беглая дичь сама пришла в логово охотника? Это и пугало, и успокаивало одновременно. Отбор гарантировал мне неприкосновенность: казни можно не опасаться. А если хищник намерен поиграть с жертвой, то мы еще посмотрим, кто из нас ― охотник!