(Никомед Фиванский умолкает на время)
ГОД ЧЕТЫРЕСТА ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ
Мы не сможем оценить доблесть героя, до тех пор пока не увидим его в кольце врагов.
Душа наша не сможет отозваться радостным «да» на слово истины, если оно не окружено кольцом неправды.
О, как бы я хотел, чтобы кончилась ночь, чтобы пришел рассвет и слова нашего учителя утратили бы свой ослепительный блеск! Пусть они разольются тихим светом по всему миру, пусть станут в один ряд с азбучными истинами, известными каждому школьнику. Пусть звучат, как «реки впадают в море», «лед раскалывает кувшин», «голубь возвращается в гнездо», «золото никогда не ржавеет».
Но пока такое время не пришло, пока кругом лишь тучи лжи и мрак святотатства, я буду укрываться в этих палестинских холмах и переносить в свой папирус сияющие незамутненной правдой слова письма, отправленного из этих краев, может, даже из этого самого дома, двадцать пять лет назад.
«По просьбе вашей матушки я пишу это письмо и надеюсь, что оно достигнет вас, преодолев морской простор. Ваша мать с детства сеяла в вашей душе семена Божественной истины и теперь хочет, чтобы и другие окропили их живительной влагой…
Первое, что должна сделать душа, вступающая на благородный путь, избранный вами, — правильно оценить свои силы. Если ваш разум убедится, что силы на выполнение задуманного есть, это будет для вас главным источником стойкости и уверенности. Ведь и на войне ничто так не укрепляет воина, как напоминание о крепости его мыищ и брони…
Творец Справедливости пожелал сделать человека свободным, дал ему возможность выбирать между жизнью и смертью, злом и добром. Большинство людей остаются до сих пор в невежестве и недоумевают, почему Господь, в Своем всемогуществе, не создал человека просто добрым, так чтобы душа его всегда и неизменно выбирала только добро. Но если вдуматься в это глубже, то мы увидим, что только возможность выбирать между двумя путями и придает достоинство человеческим поступкам, только свобода выбора и заставляет нас восхищаться праведником. Если бы добродетель была обязательным и неизменным свойством человека, не было бы никакой его заслуги в ней…
Таким образом, даже наша способность творить зло оборачивается благом — в том смысле, что она делает доброе в нас независимым и добровольным, освобождает его из мира необходимости…
Мы слышали и читали о многих языческих мудрецах, которые были целомудренны, терпимы, умеренны, щедры, воздержанны, добры, которые отвергали славу и наслаждения мира, которые любили мудрость и справедливость. Откуда же могли все эти достоинства, угодные Господу, появиться в людях, не знающих Его? Разве не ясно, что они были вложены в них самим Создателем? Но если даже люди, не знающие истинного Бога, могут демонстрировать нам такие достоинства, чего же следует ожидать и требовать от христиан, направляемых Христом и Божественной благодатью?..»
(СНОСКА АЛЬБИЯ. Далее Пелагий приводит многочисленные примеры из Библии, подтверждающие свободу воли человека. Иосиф мог уступить домогательствам жены Потифара, но не уступил — поэтому и прославлен в веках за целомудрие свое. Братья его Рувим, Симеон и Левий сами творили греховное и жестокое — за то и были лишены Иаковом права наследовать ему. Жители Иерусалима, как говорит о том пророк Иеремия в своей книге (9:13–14), самовольно не слушали гласа Господня, не поступали по закону Его, а следовали за жрецами Ваала «по упорству сердца своего». И к жителям того же Иерусалима обращается Христос много веков спустя, как повествует о том в книге 23:37 апостол Матвей: «Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! Сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели!»)
«Да, поступать по воле Господней важнее, чем знать ее… Но все же необходимо сначала узнать, в чем состоит воля Творца, если мы хотим порадовать Его выполнением ее… Поэтому вы должны усвоить, что в Писании какие-то поступки запрещены абсолютно, какие-то дозволены, какие-то поощряются; злые деяния запрещены, добрые поощряются, промежуточные дозволяются. Но есть еще ступень совершенства — к ней Господь призывает.