— Моя служанка не пришла, а в коридоре никого. У вас не осталось чего-нибудь перекусить? Не хотелось спать голодной, — чувствовала себя виноватой, что лишь умилило кухарку.
Я тут же была усажена за столик, а передо мной начали появляться тарелочки, наполненные лакомством. Всевозможные эклеры, пудинги, печенья, вафельки, пироженки. Рядом пристроилась большая кружка теплого травяного чая.
— Вы не из невест ли Его Величества будете? — осторожно спросила женщина, опасаясь гнева за любопытство, но я сердиться и не думала.
— Одна из одиннадцати. А как вы поняли? — помимо невест при дворе столько девушек, что просто невозможно знать всех. Даже слугам.
— Племяшка моя работает у лира Жасона в помощницах, она рассказывала мне про ваше платье, как мастер его шил, а они помогали.
— Передайте ей спасибо. Платье получилось великолепным, — женщина зарделась от моих слов, а на столе появилась еще пара тарелочек.
Пока пила чай, рассказывала любопытной женщине о том, как прошел бал, с кем удалось потанцевать и прочее. В ответ она поделилась тем, что знала о некоторых придворных. Информация довольно полезная для невесты императора, но не слишком интересная мне с моими проблемами…
— Я полагал, что все невесты давно сладко спят в постелях, отдыхая от танцев.
Сперва решила, что послышалось. Ну не может же император появиться на кухне? Как оказалось, может, очень даже. Причем чувствовал он себя здесь так уверенно, словно привык заходить сюда по ночам. Впрочем, так оно и есть.
— Ваше Величество! — вновь всплеснула руками кухарка. — Не ругайтесь, лиа просто не спалось, вот она и зашла сюда.
— Простите, Ваше Величество. Я вас не потревожу и уже ухожу, — я хотела подняться со стула, но была остановлена рукой, властно опустившейся поверх моего плеча.
— Останьтесь. Мне будет приятно, если вы разделите эти вечерние посиделки со мной, — Демид говорил мягко, но я уловила настойчивость в голосе. Очередная проверка на прочность.
— Точнее сказать, ночные, — робко улыбнулась я, возвращаясь на место.
— Как вам бал? Не устали? — спросил император, располагаясь напротив. Учитывая, что местная мебель куда меньше тех, что в гостевых помещениях, мы оказались довольно близко друг к другу.
— Сперва думала, что сил ни на что не осталось. Оказалось, что больше, чем спать, я хочу покушать, — сказала прежде, чем успела подумать о том, что именно и кому говорю. Лир рассмеялся.
— Какое неожиданное признание, — произнес он, но заметив, как я смутилась, ободряюще улыбнулся. — Я ценю вашу искренность, Дилия. И можете называть меня Демид. Раз уж мы нарушаем всевозможные правила, то соблюдать формальности не вижу смысла. Это будет нашим маленьким секретом, — и он вновь улыбнулся.
Откуда взялась во мне смелость, не знаю, но я согласилась принять правила игры и расслабилась. Просто захотелось хоть на этот миг забыть обо всех условностях и увидеть в том, кто сидел рядом, не императора, а простого лира, интересного собеседника.
Возможно, говорить о еде на кухне довольно примитивно и банально, однако мы успели даже развязать несколько споров по поводу предпочтений друг друга. К счастью, разрешились они довольно мирно.
— Дилия, а как вы относитесь к магии? Насколько мне известно, вы не проявляли особого рвения к учебе в академии, — спросил лир Демид. Что ж, я и впрямь не блистала успехами, но оно и не удивительно. Все силы я тратила на поиски способов помочь Эду.
— Я ценю магию, ее возможности, но во время учебы у меня в приоритете стояла семья. У нас тогда были определенные трудности, которые я пыталась помочь разрешить.
— Надеюсь, вашей семье это удалось, — к счастью, интонация, с которой эти слова произнесены, позволили оставить их без ответа. Я просто скрыла смущенную улыбку за чашкой чая.
— Могу я спросить о чем-то личном? Не привыкла доверять слухам, но один вопрос очень хочется прояснить, — я вспомнила о том, что действительно мне любопытно. Я все же не верила, что лиа Валерия на отборе лишь на вторых ролях.
— Тогда предлагаю игру. Ты спрашиваешь о чем хочешь меня, а я тебя. Отвечать только правду! — лиру Демиду крайне шла хулиганская улыбка. С ней он становился понятнее, ближе, отступая от образа величественного императора.
Предложение лишь на первый вид заманчиво и непринужденно. Проблема в том, что я не знаю, какие услышу вопросы и смогу ли позволить себе не них ответить. Видимо, лир уловил мои сомнения и решил смягчить условия:
— Оставим за каждым право на смену вопроса. Но в наказание — штраф в виде простого действия, — предложил он. Что ж, на это уже можно решиться.