На этот раз встречать нас первым выбежал папа. Увидев сына на руках незнакомца, он уже готовился его атаковать, но маг опередил его:
— Без глупостей, лир. С вашим сыном все в порядке. Так же, как и с дочерью. В дом не напрашиваюсь, у меня дела, — и передав спящего ребенка отцу, лир и впрямь исчез порталом.
— Дилия, как ты? — а вот уже и мама подоспела.
— Жива, ритуал прошел успешно. Эду дали снотворное, он ничего не видел, но в порядке. Я понимаю, что вы переживаете, но давайте поговорим утром. Я едва держусь на ногах, — и не дожидаясь ответа, я начала взбираться по лестнице, чтобы добраться до кровати и отключиться.
Глава 21, в которой боли становится слишком много
Пробуждение выдалось не самым приятным. Горло саднило, а голос пропал. Все же сорвала его. Вспомнив о выжигающей боли, невольно содрогнулась и попыталась встать. Пошатнулась и упала обратно. Но я упорная, с третьей попытки даже позвала служанку. Она помогла набрать ванную, а после отправилась за завтраком.
Ванна сняла напряжение с мышц, а прохладная вода напоследок взбодрила. Выходя в столовую, я уже не напоминала умертвите, только громко говорить все еще не могла.
— Доброе утро, — я улыбнулась родным, собравшимся за столом. — Эди, ты как? — повернулась к брату. Он елозил на стуле от нетерпения, постоянно оглядываясь.
— Странно. Я уже забыл, как видел все раньше. Все какое-то… грустное, — признался он. Зато вот у меня все веселое стало. — А что у тебя с голосом?
— Видно, простудилась, когда шли обратно, — нет уж, знать о моих мучениях ему не стоит. — Эд, можно как-то приглушить эти потоки? — довольно странно спрашивать советы в магии у младшего брата.
— Я представлял, что смотрю на все через затемненное стекло, как на солнце, — Эд явно гордился тем, что знал больше меня. Я благодарно улыбнулась. Значит, ментальный щит?
Приглушать все я не стала, решив сделать «стеклышко» чуть сложнее, чем мог ребенок. Я закрылась лишь от восприятия «лишних», чужих мне потоков, которые не видела раньше.
— Тебе стоит пару дней отлежаться. Ты очень бледна, Диль, — заметила мама, с тревогой разглядывая меня.
— Я бы очень хотела побыть с вами, но вы знаете — не могу. Уже завтра должно состояться новое испытание.
— Они скрыли твой дар? — отец никогда не забывал детали. Увы, сейчас это вынуждает меня лгать. Снова.
— Тот мужчина показал, как его спрятать, — ответив, я сама задумалась над этим. А и правда? Почему мне не попробовать спрятать дар? К счастью, в экспериментах меня не сдерживал жизненный резерв, как это было с братом. Что ж, займусь в дороге.
В этот раз провожали меня, пожалуй, с еще большей тревогой в глазах. Отец просил пообещать, что я буду осторожна и постараюсь скорее вернуться. Мама просто плакала, не желая выпускать из объятий, а Эд, прощаясь, шепнул мне на ушко: «Спасибо, Диля! Обещаю, я стану прекрасным магом!»
Мне же сейчас куда хуже. Я понимала, что на самом деле вряд ли их скоро увижу. Не знаю, что задумал Демид, но уверена, что за это время он определил мою дальнейшую судьбу.
Чтобы не впадать в отчаяние, я действительно занялась изучением обретенного дара. В дороге я научилась перестраивать зрение, различать потоки на уровне ощущений, а не взгляда, и попыталась-таки скрыть дар.
— Его Величество просили передать, чтобы сразу по прибытии вы встретились с ним, — сообщил водитель, когда мы въехали на территорию дворца. Когда я, поддавшись любопытству, взглянула на это творение с помощью дара, то вновь поразилась его величию. Весь дворец казался сплетением кружева магических потоков.
— Хорошо, постараюсь найти как можно быстрее, — ответила лиру. Он остановился у крыльца, куда вышли слуги, чтобы забрать багаж.
Свои поиски решила начать с рабочего кабинета Его Величества. Повезло. У императора шел малый совет с министрами экономики.
— Я доложу о вас, когда совет завершится. Думаю, это уже скоро. Обычно они заканчивают к одиннадцати, — секретарь оказался весьма любезен. Предложил мне кофе и угощения, но я отказалась. Сейчас, в такой близи от Демида, я не могла думать ни о чем другом, кроме как о предстоящем разговоре.
Не хочу это признавать, но я все еще надеялась, что он, успокоившись, сможет меня понять. Хотя бы понять, и не будет жесток. Отпустит после отбора, когда я выполню свою часть договора. Или позволит видеться с семьей. Сейчас, когда нет причин скрываться, они могут вернуться если не ко двору, то в столицу.
Через пару минут дверь кабинета распахнулась. Один за другим выходили министры. Встречая меня, здоровались, но я наблюдала за тем, как секретарь вошел в соседнюю комнату и доложил обо мне.