Я улыбнулась — улыбку пришлось растягивать, точно едва влажную драконью кожу — никак не шла! — и произнесла:
— Вовсе нет, Даррен. Это тебя ни к чему не обязывает. Я, знаешь ли, хоть и королева, но выйти хочу замуж только по любви!
Да, в конце я дала слабину и намекнула. Очень тонко, но намекнула, и Даррен должен был понять! Должен был сказать, что он попытается вспомнить меня! Нас.
Но он улыбнулся тоже, и улыбка далась ему куда проще, чем мне.
— Значит, я свободен?
Я загадала, что если справлюсь сейчас, то справлюсь с чем угодно. Улыбка каким-то чудом держалась на моём лице, когда я ответила:
— Да, Даррен. Ты свободен.
Глава 18
Генеральная уборка
'Очень сложно не забыть, что для тебя цель,
когда идёшь ты к ней очень долго'.
Королева Иссабелия (Астаросская) Интийская
«Здесь будут мемуары, возможно, даже Тайные, если будет время их вести».
Сложнее всего после такого разговора сделать вид, что всё хорошо и идти к сторожке на кладбище, будто всё нормально. В университетское общежитие мы собирались пробираться по одной, чтобы не привлекать внимание. Даже невидимым требовалось быть аккуратными!
Первой должна была Малиэн. Видимо, её всем было меньше жалко. Но я вовремя вспомнила, что в женском общежитии кроме меня никто и не был. Малиэн, конечно, королевская шпионка, но зачем разбрасываться эльфийками! Их у меня не целая армия!
В общем, решили, что сначала идём мы с Малиэн, потом Шипица, а потом Наперстянка, как самая заметная. Она, конечно, напялила какую-то косынку на свои красные волосы, но косынок у нас видали ещё меньше, чем волос неестественного цвета!
Даррен же должен был ждать условного знака на кладбище и помогать сторожу. И я впервые по-настоящему обрадовалась, что по плану он должен быть далеко от нас.
— Жизнь стала веселее с твоим появлением, Иссабелия, — только и произнёс сторож, когда я попросила у него запасную одежду для Даррена. — А как королева ты делаешь всё ещё… интереснее.
И снова замолчал. Небось наговорился на год вперёд!
Мы оставили Даррена и Наперстянку с Шипицей и осторожно выбрались с территории кладбища. Я зря стращала Даррена кладбищем — в отличие от городского, здесь было ещё неплохо. Дорожки до крупных усыпальниц и того места, где проводились обычно практики, были расчищены сторожем. Хотя я и сомневалась, что кто-то проходит практику в это время года, а уж после того, как Каньер очередной раз покинул пост декана… Не думаю, что вообще кто-то учится.
Интересно, в университете прямо совсем каникулы или кто-то втихаря учится? Чисто теоретически травники могли и не заметить, что произошёл переворот со взятием заложников. Их деканша была не от мира сего, а сами они зимой большую часть времени варили отвары от простуды и ковырялись в том, что им наприносили огромными мешками двоечники и прогульщики с других факультетов. С учётом того, куда могли забраться скучающие некроманты во время летнего семестра, находки могли быть великолепными.
Так как меня не раз и не два пытались отправить к травникам, я, против своей воли, знала особенности их обучения. За найденную сырь-траву можно было получить зачёт по самому мерзкому предмету — Заготовка и сушка активнодействующего аромата. Сокращённо ЗАСАДА. И вот именно засадой этот предмет для травников и был. Потому что многие травы аромат свой теряли или меняли при сушке. Так что сначала надо было сдать теорию — сотня разных способов. А потом убедиться, что теория вообще никак не соотносится с практикой.
В общем, сейчас, в первом семестре травники носом роют, копаясь в огромных мешках вроде того, что Звояр подсунул мне в подземелье. Небось даже разницы не заметили!
Воспоминание о Звояре снова всколыхнуло меня, и появилось беспокойство. Ладно я со своим ошейником, я уже поняла, что, пока не слушаю Раторума или нахожусь от него далеко, мне ничего не грозит. Но Звояр — совсем другое дело. Нельзя, чтобы вторая я так отчаялась, чтобы поднять его! Понять бы ещё, где его гроб находится!
Я выругалась, больно стукнувшись обо что-то в снегу. Мы уже дошли до женского общежития и обошли его кругом, предполагая войти через главный вход. Слуги мы или нет, а идти через чёрный ход для некромантов — прямиком на кладбище, я бы не рискнула. Никакая невидимость не поможет, если что-то тяжёлое на голову свалится!
И вот надо же, прямо перед парадным входом так больно ногой ударилась о какую-то глыбину, которой тут и быть не должно! Пока я тёрла ногу и поминала недобрым словом всех в этом университете — лишь бы это мою невидимость не сняло, Малиэн с любопытством смахнула снег с вершины глыбы и ойкнула.