– Не надо угрожать, – у моего защитника всё такой же спокойный голос. – Ты же знаешь: всё тайное становится явным, особенно, если это касается меня. Я прощаю тебя, потому что это эмоции. Но только один раз. Остынь немного и думай, прежде чем открывать рот.
Он пыхтел. Дышал шумно. Я чувствовала его ненависть и беспомощность. Он бы с удовольствием вцепился в глотку, но не мог. Понимал, что ему не переиграть этого опасного для него мужчину.
– Как ты её нашёл? – спросил пузан, отдышавшись.
– Я всегда нахожу то, что принадлежит мне. Эта девушка – моя. Запомни это сейчас и вспоминай обязательно, если тебе вдруг захочется поквитаться. Не стоит, Ибрагим. Оно того не стоит.
Пауза. Тишина, которую нарушает лишь тяжёлое дыхание моего мучителя.
– Проваливайте, – скрежещет он, и я понимаю, как нелегко ему далось это слово.
Руки моего спасителя касаются моих плеч. Он прижимает меня к себе и ведёт на выход. Я впереди, а он, не оборачиваясь, широко шагает, уводя меня из ада.
Он уходит, а я думаю о том, как беззащитна его спина сейчас. Как хрупко наше единение. Как всё может измениться в одну секунду, если сейчас тот, кто пытался меня сломать, возьмёт в руки оружие.
Но ничего не происходит. Путь свободен.
– Садись в машину, быстро, – командует Инденберг, и я не смею спрашивать, мешкать, задерживаться. Да я и не хочу – мне бы подальше отсюда…
В машине меня начинает трясти.
Мы мчимся куда-то на бешеной скорости. Мой спаситель говорит по телефону, отдаёт какие-то команды.
Через время мы пересаживаемся в другую машину, и едем уже спокойнее.
– Ну всё, всё, – включает он печку. – Согревайся, оттаивай. Всё плохое уже позади.
Наверное, я ещё не верю, что выбралась из неприятностей: начинаю плакать и не могу остановиться. А может, именно так выходит из меня нервная дрожь.
– Я там была не одна, – говорю, как только немного прихожу в себя.
Парень качает головой.
– Это жестоко и сложно, но пока забудь об этом. К сожалению, я не бог и даже не ангел, а то, что удалось тебя найти и спасти – очень большое везение. Если бы не некая девушка Ника. Если бы не твоё сообщение ей в соцсети. Если бы не твой телефон… всё сложилось бы по-другому.
Он открывает «бардачок» и небрежно указывает на мой старенький телефон.
– Откуда? – только и могу произнести я.
– Нашли там, где ты его спрятала, – улыбается он одним уголком губ. – Современные технологии позволяют отследить даже выключенный телефон. Так что ты счастливица, Лесь.
Лесей меня никто не называл. Больше Лейкой или Леей. Иногда Саной. А он… вот так. И мне понравилось. Наверное, мне понравилось бы всё, что он сказал.
– Как тебя зовут? – спросила, потому что до сих пор не знала его имени.
– Роберт, – произносит он легко. Можно Роб. Друзья зовут меня Индиго. Правда, и враги тоже. Ну, в общем, как карта ляжет.
Роберт. Роб. Индиго. Я повторяю его имя снова и снова про себя. До тех пор, пока он не останавливает машину.
– Приехали. Пойдём, я покажу тебе твою комнату. Поживёшь пока у меня.
На улице глухая ночь. Тихо, спокойно. Будто и не было ничего – только кошмар, что приснился, привиделся мне.
В квартире, куда меня приводит Роберт, тоже тишина – сонная и благостная.
Он вручает мне телефон, зарядку, чистые вещи и полотенце.
– Вымойся и ложись спать. И не бойся. Больше ничего не случится плохого.
Он был не прав и слишком самонадеян, однако я ему верила. Шла слепо за его голосом.
– Ты красивая и умная, Лесь, – сказал он напоследок. – Только доверчивая очень. Но это неплохо, нет. Просто будь чуть осторожнее, ладно?
Он будто прощался, давая мне мудрые наставления, и я не удержалась:
– Я тебя ещё увижу? – так дети спрашивают у Деда Мороза, ещё веря, что он настоящий и пришёл специально, чтобы подарить подарки.
Но все дети знают, что Дед Мороз приходит раз в году, а потом его нужно ждать, если вдруг не откроется «страшная» правда: под бородой и пышными усами скрывается чужой дяденька или очень знакомый папа. Но пока волшебство не рассеялось, каждому ребёнку хочется верить: Дед Мороз существует. Точно так мне хотелось верить, что Роберт не исчезнет из моей жизни, останется в ней.