Затем он подошёл к молчаливым людям и сказал:
- С ней всё будет в порядке, она может вставать уже через несколько дней. И сделайте что-нибудь с этим котом. Он не должен находиться в постели леди.
- Любовник не должен находиться в постели леди! – едко промычала я – А Коту можно! – ну вот, теперь-то понятно, что я далеко не та фифа, за которую они меня принимают?
Лекарь обернулся на мою реплику, задумчиво пожевал губами и выдал:
- Леди Полина может подняться с постели уже завтра. И кота оставьте. Как утверждает леди, ему можно…
Я криво усмехнулась, тяжело откидываясь на подушки. Что же, судя по всему, мне стоит дождаться возвращения родственников Полины и побеседовать уже с ними…
Не успела закрыться тяжёлая деревянная дверь за первой партией людей, как она открылась снова, и внедрился мальчишка лет семнадцати, застенчиво прошмыгнувший мимо меня и сосредоточенно пытающийся разжечь камин. При этом он косил в мою сторону так сильно, что ещё немного, и у парня будет косоглазие. Наконец, я не выдержала, и, вздохнув, спросила его:
- Ну, что ты хотел?
Парень подскочил, как ужаленный, страшно покраснел, но любопытство пересилило робость, так что он тут же обернулся, и я поняла, что я совершенно напрасно дала ему повод для беседы.
- Прошу прощения, леди! Я – Родерик, леди! Младший ординарец вашего батюшки! Ох, и натерпелись же вы во время нападения разбойников! Да уж! А они тоже, ведь давно уж не было вылазок нортманнов с той стороны перевалов. Только не зря говорит тётка Эйлис, что чёрного кобеля не отмоешь добела! Вот и сейчас, они собрали малый отряд, да отправились в сторону перевалов. Есть надежда, что можно догнать нападавших, пока они не ушли за перевалы. Потому доказательств нападения нет никаких, оттого и бесчинствуют нортманны люто. Ещё отец мой говорил, что, коли есть такая возможность, так они непременно нападут, а то… – мальчишка весь раздулся от гордости, когда сообщал мне эти слова, но при этом по-прежнему косил и смотрел куда угодно, только не на меня.
- И давно ушёл отряд на поиски разбойников? – я закряхтела и постаралась сесть поудобней, очень уж меня интересовало, сколько я тут провалялась.
- Ну, так – пацан принялся загибать пальцы – третьего дня и ушли! Сразу же, как только вас доставили в замок, батюшка ваш очень уж занервничал и сей же час велел коней седлать, вот и уехали немедля! Дали только отдохнуть провожатым вашим, и всё на том.
Пацан переминался с ноги на ногу, и я поняла, что он уже и сам не рад, что напросился на эту беседу.
- А ты сам чего остался? – я с трудом спустила ноги на пол – Ты же, вроде как, ординарец самого лорда?
При этом я подняла палец вверх, как бы намекая при этом, что ординарец, пусть и младший – это невероятно почётная обязанность.
- Так не битва же намечается… - пробормотал Родерик и стал спиной нащупывать входную дверь – чего мне там… да и по хозяйству я первый человек…
- Сюда иди – я поняла, что самой до окна не добреду, но мне очень хотелось посмотреть, что там – на воле.
- Но, леди Полли! – мальчишка не решался мне возразить, хотя подойти тоже не решался – Я и так нахожусь в спальне леди… приличия говорят о том, что…
- Хорошо – покладисто согласилась я – тогда приведи мне мою горничную.
На что он пробурчал нечто невнятное и нехотя подошёл ко мне, после чего закинул мою руку себе на плечо, и в такой позе поволок меня до окна, как заправский медбрат выносит раненого с поля боя. Впрочем, всё это мелочи – моё окно, маленькое и узкое, выходило во внутренний двор большого мрачного замка. Вдалеке виднелись какие-то поля с мишенями. Несколько мечников тренировались на маленьком пятачке. Два рва с грязью и качающимися мешками с песком довершали картину.
Глава 8
Глава 8
Бурчание в моём животе отвлекло от размышлений о том месте, где я оказалась. Родерик, как я и предполагала, смутился так, что едва меня не уронил.
- Прошу прощения, леди Полина… я велю доставить вам завтрак, тётка Эйлис его уже приготовила, так что ждать не заставлю.
- Спасибо, Родерик – забормотала я и постаралась самостоятельно передвигать ногами, поскольку всерьёз опасалась того, что парень на радостях промахнётся и сгрузит меня мимо кровати – каши какой, если можно.
- Великий с вами! Мы же, вроде как, дома… какая каша?
Кот, услышав, что речь зашла про еду, выполз с нагретого места и талантливо изобразил животное, умирающее от голода и жажды. Как правило, ему верили, и это несмотря на его габариты. Вот и сейчас Родерик перехватил Кота под упитанное пузо и сообщил, что моего котика непременно покормят, он об этом позаботится, ну и меня заодно не забудут.