Потеряла сознание якобы. Жаль, нельзя полить ее холодной водичкой…
– Мама! – Забыв о щеке, испуганный Пэйтон бросился к родительнице.
– Цисса, опять?
Вздохнув, отец поспешил к своей припадочной невестке, талантливой актрисе, когда того требовала ситуация. Юным дебютанткам стоит поучиться у нее, как правильно падать, чтобы не наставить себе синяков.
– Кайра, не исчезай никуда, нам нужно поговорить, – произнес отец, подхватив на руки легкое тело невестки.
– Несомненно.
– Давайте перенесем ее в жилую комнату и уложим на кровать! – сделала дельное предложение Гейла, отмерев и вспомнив, кто тут хозяйка трактира.
Вскоре почти все присутствующие захлопотали над несчастной. Называя тетушку так, я не ерничала. Я ей сочувствовала, когда она не пыталась поправить свои дела за счет других людей.
Выйдя замуж за моего дядю и родив ему сына, Цисса через год овдовела. Молодой муж оказался болезненно азартным и каждый раз, приезжая в столицу, посещал подпольные магические бои. В одном его и убили. Долги, оставленные супругом, и недобросовестный управляющий лишили тетку и ее ребенка финансовой стабильности. Мой отец помогал в меру сил, но ей всегда было мало.
Неудивительно, что Цисса пыталась вернуть былое: сначала очаровывала главу рода Кери, который мог выбрать ее ребенка своим наследником, затем, после неудачи, заставляла сына учиться, надеясь, что тот станет знаменитым, а главное, богатым некромантом. Очередная попытка залатать финансовую дыру – принуждение Пэйтона жениться на якобы беременной состоятельной кузине – тоже не принесла ничего хорошего.
Да, Цисса достойна сочувствия, но только демонстрировать его не стоит – она выжмет из этого наибольшую выгоду.
Я огляделась. В обеденном зале остались только мы с трактирщиком. Лорд Архан, убедившись, что его помощь не нужна, исчез. Моя дорожная сумка, которую ткнула ему, сбегая, лежала на ближайшем столе. Зря. Где она только не валялась… Периодически я ее чищу заклинанием, естественно, но все равно зря.
Пока не увидела Гейла, я торопливо подхватила сумку с отскобленного стола.
– Кайра, ты в порядке? – спросил Багор.
Я отмахнулась от вопроса о личном, решив сразу заговорить о главном:
– Багор, кто-то из твоих сотрудников оставил открытым окно в моей комнате, чтобы герцог смог проникнуть и, скомпрометировав, жениться по северному обычаю.
– Открыли окно?! – Багор грубо выругался. – Я найду этого идиота и оторву ему башку!
И он поспешил на семейную половину трактира.
Не верится, но я осталась одна! Еще пять минут назад была всем нужна, теперь в одиночестве. Ни кромешника, ни герцога, ни тетки с кузеном… Даже немного обидно!
Смеясь над своим непостоянством, я поднялась в номер.
Дверь и окно после ухода Горейского остались не заперты. Закрыв их и быстро проверив, не прячется ли кто под кроватью и все ли вещи на месте, я смогла наконец рассмотреть свое платье. Черное, из шелковистой блестящей материи, и не скажешь, что раньше это была льняная простыня. Простого, но при этом элегантного покроя, платье напоминало творения знаменитого Таркала.
Налюбовавшись подарком Тьмы, я надела походную ночную рубашку и легла спать.
Чистая совесть позволит быстро засыпать на любом месте после любых испытаний – так твердили жрецы богини Матери в своих проповедях. Я никого не обижала, не обманывала, но события последних часов взбудоражили душу, и сон не спешил осчастливить своим визитом.
Стук в дверь прогнал вкрадчивую дрему.
– Кайра, не спишь?
Я поспешила открыть отцу.
Еще не старый, привлекательный блондин с грустными глазами и морщинами усталости на лице, он замер на пороге. Застыл с подносом в руках: две чашки, мед и исходящий паром большой заварник. Узнаю заботливую Гейлу.
Улыбнувшись смущенно, отец сообщил:
– Трактирщица сказала, что этот отвар поможет тебе успокоиться и поскорее восстановить резерв.
Я отошла в сторону, молчаливо предлагая зайти:
– Ты хотел поговорить? Давай выпьем вместе чаю. Он действительно полезен магам.
– Нет, Кайра, ты устала, поэтому разговор состоится завтра, – покачал головой отец.
Я улыбнулась:
– Сегодня. Уже три утра.
– Хорошо, сегодня, но когда проснешься. Добрых снов. – Широко улыбнувшись, отец добавил: – Я тобой горжусь, дочь!
Он ушел, а я выдохнула.
Мне двадцать четыре года, за спиной обучение на факультете некромантии, золотой диплом, а я все так же зависима от мнения отца, как маленькая девочка. Пора бы повзрослеть, да что-то не всегда получается. А жаль… Жить проще, если не оглядываешься на других в ожидании высокой оценки своим поступкам.