Управившись с этим нелегким трудом, девушка устроилась в кресле. Нужно было решить, как выбраться из комнаты. Отдохнув, Дэри растрепала волосы, развязала пояс и, придав лицу страдальческое выражение, направилась к двери нетвердой походкой. Дверь, на ее счастье, оказалась не заперта. Выйдя, она передала стражам «приказ кронпринца»: не беспокоить!
В последующие дни приятели Летафа пытались поодиночке подловить ее в темных переходах дворца. В результате один обзавелся растяжением связок обеих ног, не смог самостоятельно идти и ему пришлось звать на помощь слуг, которые отнесли его к дворцовому целителю. У другого приятеля руки потеряли чувствительность, ему тоже пришлось лечиться. Сам кронпринц делал вид, что не замечает строптивую невесту. Спустя две недели конкурсанток неожиданно вновь собрали в зале с Аркой. Из девяти невест подтвердить невинность смогла только Дэриана.
Дэри удалось вырваться из дворца и вернуться в Академию. Девушка понимала, что это временная отсрочка, ей придется вернуться к Летафу, и приходила от этого в ужас.
Глава 8. Капризы судьбы.
Сейчас.
Лэр Ирвиг не захотел устраиваться в усадебном доме. Там разруха и запустение, а в его личном фургоне все обустроено наилучшим образом для работы и отдыха. Имеется даже отдельное место для главного пациента, который совсем не бережет свое здоровье. Когда к нему принесли бездыханную целительницу, Ирвиг испытал шок. Как такое могло случиться? Почему допустили? Не уберегли! Кто виноват?
Возмущение и негодование не помешали целителю тотчас приступить к осмотру пострадавшей. Игла, уже полностью погрузившаяся в тело, была найдена и извлечена. Яд определен. Конечно, яд оказался самым подлым, рассчитанным именно на целителей, у которых, как известно, вырабатывается иммунитет ко многим ядам, а от остальных имеется либо противоядие, либо нужное заклинание. Такие заряженные магией иглы парализовывали органы дыхания, растворялись в крови и бесследно исчезали. Без возможности дышать даже целители не могли справиться с ядом. Нейтрализовать именно этот магический яд было делом долгим и сложным. Если бы лэри не принесли к нему сразу, она бы, несомненно, погибла, да и сейчас у нее было мало шансов, остаться в живых.
Фарнат поднялся в фургон, возле которого дежурили двое разведчиков. Лэр Ирвиг приказал им никого не впускать, но приказ, разумеется, не касался его высочества. Кронпринц перешагнул через валявшееся на полу разрезанное бирюзовое платье и заглянул за штору, где скрывалась походная кровать. Девушка неподвижно лежала на спине укрытая простыней. Ее волосы рассыплись по подушке, застывшее лицо отсвечивало синевой. Прикоснуться к Дэриане Фарнат не решился. Ирвиг обнаружился в следующем отсеке. Он что-то отмерял на маленьких весах и пересыпал в серебряный кубок.
- Она жива? – Спросил кронпринц.
- Хорошо, что вы зашли, ваше высочество, - откликнулся целитель, не отвечая на заданный вопрос. – Мне понадобится ваша помощь. Пожалуйста, зарядите обездвиживающий амулет. Он совсем разрядился. Я уже собирался послать бойцов к магам, но это займет время.
Целитель смешал порошки в бокале, влил в них магию и направился к пострадавшей. Фарнат последовал за ним с заряженным амулетом.
- Вам лучше уйти, ваше высочество. Мне пришлось раздеть лэри. Она будет огорчена, что вы видели ее в таком неподобающем виде, - целитель вздохнул, устраивая амулет над головой девушки. – Дальше я сам.
Кронпринц не ушел. Ирвиг не стал настаивать, только покачал головой. Целитель разжал стиснутые зубы девушки и высыпал ей в горло свое снадобье. Раздался натужный вздох. Девушку выгнуло дугой. Целитель активировал амулет, но и под его воздействием Дэриана продолжала метаться на постели. Хриплые вздохи перешли в надрывный кашель.
Фарнат видел, что его невольница испытывает сильную боль. В нем теснились противоречивые чувства. С одной стороны донимала совесть. Лэри спасла его жизнь, а он отплатил ей лишением свободы. Лишил свободы, чтобы защитить от ужасов войны и не выполнил своих обязательств. Проценты по его долгу перед спасительницей возросли. С другой стороны напирала ревность.
Да, он признался себе, что успел влюбиться в эту несносную девчонку. Она привлекла его цельностью своей натуры и самоотверженностью. Покорила красотой, которую позволяла увидеть лишь изредка, поскольку совершенно о ней не заботилась, не выставляла напоказ как другие лэри. Он видел в несносной ашерке истинно благородную лэри. Оказывается, все было ложью? Она отказывала ему потому, что хранила верность развратнику Летафу! Сигурдские соглядатаи при дворе Серифа III доносили о похождениях и пристрастиях ашерского кронпринца. Да еще она носит его ребенка! Как теперь к ней относиться? Фарнат чувствовал себя преданным.