Кочевники западных степей, с которыми сигурдцы воевали на протяжении столетий, методично тесня их все дальше и обустраивая отвоеванные территории, были очень неприятным противником. Дерзкие, быстрые, они любили устраивать коварные засады и нападать в самых неожиданных местах. Магией стихий степняки не владели, у них была собственная ритуальная магия.
Накануне генерального сражения Фарнат не погнушался под покровом ночи и заклинанием отвода глаз провести некий варварский ритуал. Заодно он разместил на поле предстоящей битвы магические накопители. Сейчас эти меры предосторожности спасали его жизнь. Как мечник Фарнат был искуснее Магрона. Изматывая врага в поединке, он готовился нанести коварный удар. Кронпринц хотел не просто победить соперника, он намеревался уничтожить узурпатора как личность. Чтобы даже далекие потомки содрогались от ненависти при его имени!
Эта идея родилась у сигурдского кронпринца, когда выздоровев после магического отравления полученного в Первой Битве он обстоятельно расспросил своего личного целителя Ирвига о запертой в черных кристаллах магии. Узнав все подробности, Фарнат загорелся идеей угостить сохраненными кристаллами короля Серифа III и кронпринца Летафа. Поскольку узурпатор расправился с ними раньше, значит… Значит, он сам их отведает!
Сыпались удары и ставились блоки. Непримиримые враги изрыгали проклятья на головы друг друга. В какой-то момент Фарнату удалось пробить брешь в защите Магрона. Архимаг лишь досадно поморщился, восстанавливая плетение, но первый кристалл уже лопнул, посылая отраву в рану на его груди. Со вторым получилось и того лучше, вместе с ударом меча кристалл впился в глаз узурпатора. Магрон ощутил, как меняются потоки магической энергии в его теле.
- Я сдаюсь! – В панике закричал Магрон, с трудом избежав прямого удара в сердце.
Кронпринц не дал ему передышки, наоборот усилил напор.
- Пощады не будет! – Заявил Фарнат.
Голова узурпатора слетела с плеч.
Фарнат стоял над трупом поверженного врага и наблюдал, как наливается синевой лицо отрубленной головы и искажаются ее черты. Вот черным потоком вытолкнуло раненый глаз Магрона. Вот из раззявленного мертвого рта потянулась дорожка черной слюны. «Отличный вид!» - саркастически усмехнулся кронпринц. Он сорвал со своей шеи невзрачный камешек с дыркой, в которую была продета простая конопляная нитка с вязью затейливых узелков, и отбросил его в сторону. Камни, так и кружившие за защитным куполом брызнули в стороны и опали.
Когда круговая воздушная волна разогнала тучу пыли, противоборствующие армии увидели в центре поля одинокую фигуру с блестящим золотым обручем на голове. Мужчина махнул рукой, перед ним возникла воздушная линза. Потом он наклонился, поднял за волосы отрубленную голову, выставил ее перед собой.
- Мне противостоял лич! – Усиленный магией голос сигурдского кронпринца пророкотал над полем битвы.
Он показал голову узурпатора своим воинам. Обернувшись к войскам противника (в ту же сторону переместилась и увеличивающая линза), Фарнат продолжил свою речь.
– Вы служили не просто узурпатору! Вы продали свои жизни и честь мертвой твари! Выступили на стороне мертвеца против живых!
Ашерцы с ужасом взирали на мертвое перекошенное лицо их предводителя, его вытекший глаз, потоки черной крови. Личи были страшной сказкой, которой взрослые пугали детей, чтобы они слушались родителей и не ходили во всякие нехорошие места. Головы простых воинов заполнила единственная мысль: «Бежать!». Они бы непременно бросились врассыпную. Но! Офицеров и магов узурпатора испугало не то, что они, возможно, служили мертвой твари, обладающей магическими способностями, а то, что заявление кронпринца Фарната навеки погубило их репутацию. Неважно, правду сказал будущий король Ашера, или выдумку. Слова прозвучали! Слова уже уничтожили их! Оставалось лишь подороже продать свои никчемные жизни.
У кого-то из ашерских магов не выдержали нервы. В сигурдского кронпринца полетел сначала один огненный шар, а затем целый рой этих шаров. В этот раз Фарнат не был таким беспечным, как на поле Первой Битве. У него еще оставались магические накопители, он вполне мог себя защитить, но этого и не понадобилось. Сигурдские маги окружили его высочество непробиваемой защитой. К нему уже несся десяток верховых, и его конь. Прежде чем покинуть место поединка, Фарнат испепелил труп и голову врага. В тех же легендах говорилось, что лич способен возродить свое мертвое тело. Да и улики в подлоге оставлять ни к чему.