Дэриану привезли в фургоне лэра Ирвига в сигурдский лагерь вечером накануне Генерального сражения. Устроили в шатре в тылу, выставили охрану. Выходить категорически запретили. Сражения девушка не видела, только слышала далекий гул голосов тысяч воинов, иногда до нее доносился звон металла либо магические всплески. Она пробыла в одиночестве томясь от неизвестности больше двух суток. Утром третьего дня ее переправили на один из захваченных сигурдцами кораблей.
Глава 12. Столичные неожиданности.
В Ашероне бушевали пожары. Пламя вздымалось среди скопища бедных домишек, полыхало в центральном районе, где располагался королевский дворец. Горели порт и верфи, устроенные ниже по течению.
- Они мне всю столицу сожгут! – Возмущенно выкрикнул Фарнат, наблюдая эту картину с палубы корабля. – Что там творится?! Немедленно пресечь и доложить!
Маги-водники обрушили на берег струи воды из Самры. Воздушники разгоняли пар и дым. Корабли смогли пришвартоваться к причалу. Благо он оказался каменным, а не деревянным, потому не так уж сильно пострадал. С кораблей быстро спустили сходни, начали выводить лошадей. Воины спрыгивали на причал прямо с бортов кораблей и строились в походные колоны. Первыми в город ринулись разведчики с магами, за ними конные разъезды. Следом выдвинулась пехота. Сигурдский кронпринц остался на корабле ожидать известий. Дэриане запретили покидать каюту, выставили у ее двери стражу. «Все равно сбегу!» - подумала девушка.
- Ваше высочество, в столицу дошли вести, что узурпатор был личем. Чернь взбунтовалась. Благородные дерутся между собой, выясняют, кто из них был приспешником нежити. Кто больше виновен в разорении королевства. Путь к дворцу расчищен, но сам дворец в руинах, - доложил, вернувшийся на корабль Маршен.
- Что с принцессой Меланисой? – Спросил кронпринц.
- Ищут. - Ответил Маршен.
- Выдвигаемся. – Решил Фарнат.
Кронпринц покинул корабль в окружении магов и гвардии. Портовый район выгорел почти дотла, но даже на фоне пепелища было заметно, что большие каменные склады предварительно разграбили. Кривые улочки, выходившие к королевскому проспекту, зияли провалами выбитых окон, сорванных дверей, обвалившихся крыш. Тут и там чернели остовы сгоревших домов. Сам проспект – широкая длинная улица, упиравшаяся в дворцовую площадь, «порадовал» разбитыми витринами торговых лавок, кучами рухляди, разбросанными в разных местах трупами в одеждах всех сословий, от нарядных камзолов до замызганных нищенских тряпок. Пейзажи разоренной столицы вызвали у Фарната глухое раздражение. Назначая узурпатора Магрона личем, он рассчитывал морально уничтожить как его самого, так и его сторонников, но не рассчитал, что новости опередят его и приведут к таким разорительным последствиям.
Новый королевский дворец еще дымился, скорее всего, горожане смогли прорваться к нему только нынешним утром. Крыша была проломлена в нескольких местах, уникальные витражи валялись у закопченных стен грудами битого цветного стекла. Воины сигурдского кронпринца уже оцепили периметр и начали обследовать внутренние помещения.
- Ваше высочество! Ее высочество Меланиса… позвольте, я провожу, - проговорил офицер, задыхаясь от бега и волнения.
Фарнат кивнул и направился следом за сопровождающим, уже понимая, что его не ожидает ничего хорошего, хотя, сам он так и не смог решить, что в данном случае следует считать хорошим.
Меланиса находилась в своем будуаре. Сидела в кресле с позолоченной деревянной спинкой перед накрытым чайным столиком. Она была похожа на фарфоровую куклу: роскошное голубое платье с оборками и кружевами, золотистые волосы, уложенные в высокую прическу, совершенно белое лицо с чернеными бровями и ярко накрашенными губами, и застывшим на нем изумлением. Ее высочество Меланиса умерла, так и не поверив, что с ней это случилось. Видимо, все произошло внезапно. Стрела с магическим наконечником, пущенная рукой убийцы из парка через открытое окно вошла точно в середину ее лба и прошла насквозь через спинку кресла. Яркое оперение стрелы над бровями принцессы выглядело экзотической бабочкой, опустившейся на ее лицо. И только капля крови, вытекшая из раны, разрушала эту картину.