Ворон и куница. Ни того, ни другого в её роду не было. А те бегущие от пирамиды к локтю элементы были повторением знака ворона ещё четыре раза. Лиса, немного смущаясь, протянула ему руку. Он нежно коснулся её кожи, провёл пальцами по каждому элементу татуировки.
– Лисичка, тебе это подходит. Рыжая и красивая, – проговорил он, не отпуская её руки.
– А что это у тебя, – немного осмелев, Лиса дотронулась до четырёх воронов на его коже.
– А это в честь моих четырёх дочерей, которые где-то растут. Какой уже год прихожу сюда за сыном, а получаю только это, – он с грустной улыбкой коснулся каждой маленькой птички. – Если честно, начинаю уже думать, что мне просто не суждено.
Лиса слушала его тихий голос, затаив дыхание. А может, это тот самый? Четыре дочери... Вдруг её ребёнок будет пятой? Ох. Кто б смог дать гарантии. Но тут можно было лишь молиться. Она за дочь, а этот грустный мужчина на сына.
– А я первый раз приехала, – Лиса стала говорить увереннее, даже перестала теребить запылившийся подол рубахи. – всё не решалась.
– А просто повеселиться не хотелось приехать?
– Так и на это нужно было решиться. Я кроме матушки да ведьмы из соседнего села никого и не знала. А тут столько всего, – Лиса посмотрела вокруг на костры, людей, песни и смех. – Наверное, глупо бояться нового, да?
– Нет, что ты. Это городским проще. Они всегда живут, хоть и тоже ограниченно, но в обществе.
– Да?
– Ну, смотри. Мы же каждый занимаемся своим. И в одной округе, с одними людьми работает несколько семейств. Вот и получается небольшая община. А я так вообще со своим человеческим напарником полстраны объездил. К вам наверняка тоже смотрители заезжали?
– Нет. Мы так далеко живём, что и ваши про нас не вспоминают, – тихо рассмеялась Лиса, еле сдерживаясь от вопроса о его ремесле. Ей и хотелось больше разузнать об этом красивом мужчине, и было страшно услышать вещи, которые могут спугнуть неожиданно появившуюся смелость. – На моей памяти однажды приезжали. На моё посвящение.
– Это, да, это мы делаем, – Лисе показалось, что Кост ей ответил с некоторым облегчением в голосе. – Давай выпьем вина? – он потянулся за спину и достал пузатую флягу. – Ты, наверное, никогда не пробовала, так что предлагаю его немного разбавить.
Лиса не успевала ответить, а Кост и не ждал. Он проворно разлил по резным чашкам вино, плеснул в одну из них воды и, расплываясь в озорной улыбке, протянул Лисе. Она же не спешила принять из его рук неизвестный напиток. Ей было не страшно, просто она не вовремя задумалась, всматриваясь в его движения. Действительно ли смотритель – это хороший выбор? Если, как она того и хочет, будет девочка, то нет никакой разницы, чем занимается отец. А если мальчик? Участие в посвящениях молодых ведьм – это не единственная задача, которая перед ними стоит. Лиса ещё с тех времён хорошо знала свод законов. И в нём много пунктов, за которые полагается нерадивым ведьмам и ведунам смерть. И приговор приводят в исполнение именно смотрители. Один из этих пунктов Лиса за последние дни нарушила дважды.
Лиса сонно мотнула головой, что позволило ей вернуться из мыслей в реальность.
– Наверное, я откажусь. Мы с рассвета были в пути. У меня не осталось на сегодня сил, – Лиса поднялась на ноги, и уже повернувшись к соседнему костру, возле которого остались её вещи, сказала, – впереди ещё два дня. Так что попробуй предложить завтра.
Кост в ответ только улыбнулся.
Лиса подошла к своим вещам, обрадовавшись тому, что Любавы нигде рядом не было. Сейчас не хотелось ни о чём говорить. Усталость быстро дала о себе знать в сытом и разморённом теплом костра теле. Но сон пришёл не сразу. Какое-то время Лиса лежала, кутаясь в юбку, и смотрела на Коста, что, на удивление, не стал уходить на поиски товарищей и новых знакомств. Он какое время просидел, смотря на пламя костра, и вскоре тоже устроился на ночлег.
Глава 11
Утро встретило Лису неожиданно промозглым туманом. Его густая белёсая дымка ползла от озера, укрывая спящих после весёлой ночи людей, потухшие костры, и пугливо рассеивалась на подходе к про́клятому лесу.
Поспать удалось совсем немного. Лиса одна из немногих, кто решил прошлой ночью отдохнуть, так что сделать это почти не удалось. Привычка просыпаться рано настигла её, как только солнце появилось из-за высоких макушек деревьев, а веселье закончилось, когда уже начинало светать. Но как ни старалась Лиса, сон больше не шёл. Она какое-то время ещё полежала на жёсткой остывшей земле под боком у Любавы, но вскоре поднялась и решила посвятить утро любимому занятию. У Лисы всё ещё была надежда в этом маленьком путешествии найти любопытные травы – те, что у них редкость, или те, что и вовсе на их земле не водятся. Она, конечно, понимала, не так уж и далеко от родных краёв ушла, но побродить в безрезультатных поисках лучше, чем лежать и ворочаться. Так что Лиса достала из-под расстеленной юбки кинжал, снова закрепила его на бедре, накинула на плечи платок, которым укрывалась под утро возле остывшего костра. Пошла она сначала в сторону озера, но хотя туман уже рассеивался над полем, возле воды было ещё неприятно сыро. Так что, недолго думая, Лиса прошла между спящих людей до границы с лесом. Первой мыслью было поискать всё тот же бадан, но всё же больше всего хотелось найти что-то для Лисы новое и необычное.