Мужчина криво усмехается, небрежным движением откидывая темно-русые волосы с глаз.
- Кевин? Неужели...!?
- Узнала-таки!
Одиннадцать лет назад, этот уверенный в себе молодой мужчина, двадцати восьми лет, был всего лишь костюмером в маленькой труппе гимнастов. Перспектив у него на тот момент не было никаких, если не считать, конечно, таковыми кочевую жизнь и изобилие опыта.
Но однажды, когда их труппа давала представление в одном из многочисленных городов Далии, к нему подошла странная девчушка, прибегающая посмотреть на выступление артистов в сопровождении десятка герцогских стражей. Она сказала ему, совершенно бредовую вещь.
- Сходи к королю, ему обязательно понравятся твои костюмы.
Гимнасты и артисты труппы его откровенно высмеяли. Директор вообще сказал, что тот может больше не возвращаться к ним, если готов от всего отказаться ради призрачного шанса. Но он все равно пошел, и не прогадал.
- Тебя я узнаю, даже если ты нацепишь парик и клоунский костюм.
- Я счастлив, что маленькая миледи помнит меня. - Кевин, он же месье Вервальд, отвесил мне шутовской поклон.
- А уж я как счастлива, что именно ты поможешь мне с гардеробом, а не старик Ижгбе, если он конечно жив ещё.
- Жив, что с ним станется. До сих пор шьет старому двору наряды и популярность его не ослабевает.
- Вы что, знакомы?
- Знакомы. - И я этому очень рада. - Ну что, преступим?
- Это с удовольствием. - Кевин внимательно меня оглядывает с ног до головы и обернувшись в сторону не замеченной мною ранее маленькой двери за подиумом, кому-то кивнул. - Вносите, девочки.
Что-то мне подсказывает, что я слишком рано обрадовалась старому знакомцу. Наверное, это из-за десятка симпатичных девушек в одинаковых бледно-синеньких платьях с рюшами и с совершенно идентичными слащавыми улыбками. В руках у девушек свертки с тканями, фурнитурой и жуткими на вид, швейными принадлежностями.
- Раздевайтесь, миледи, будим из вас принцессу делать!
Какая-то немного сумасшедшая улыбка на лице у слишком радостного Кевина. И меня это пугает.
Спустя шесть часов....
Я умираю, прямо здесь и сейчас. Ноги не держат, все болит и ноет. Я банально измучилась изображать из себя истукана и стоять на одном месте, изредка поворачиваясь то одним боком, то другим к садисту, бывшему когда-то милейшим человеком по имени Кевин. Сейчас, он превратился, под давлением столичного бомонда, в ужасного месье Вервальда. Хотя, надо отдать ему должное, он очень мудро поступил, прихватив с собой готовые платья и несколько десятков разнообразных комплектов на все случаи жизни.
В итоге многочасовой работы усердных девушек, у меня появились замечательные наряды на ближайший сезон, и то, я сомневаюсь, что успею одеть все хотя бы по одному разу.
Но это не самое главное. Я наконец-то смогла выяснить, что же творилось в королевствах, пока я прохлаждалась в изолированном от всего мира монастыре. И получившаяся картина меня не очень-то обрадовала.
Через полгода после окончания вялотекущего конфликта со Свободными Баронствами, продлившегося более пяти лет в который были втянуты все королевства с нашей стороны Большого Барьера, Измирское королевство начало завоевание своих соседей, большая часть которых присоединилась к королевству на добровольных основах. Надо заметить, очень удачных. А за месяц до моего приезда, был заключен договор, по которому взаимоотношения между Далией и Измиром должны быть укреплены в самые кратчайшие сроки путем бракосочетания между измирскими послами и дочерьми дворянских семей Далии.
Его Высочество, король Валин III, не стал долго ломать голову над выбором невест и призвал ко двору нескольких менее важных и не очень богатых, но от этого не менее древних и родовитых дворян у которых есть дочери подходящего возраста. В результате получилось шесть невест, родители которых получили неплохой выкуп за девушек. Ещё трои кандидатки нашлись среди тех, кто впал в немилость у короля. Их родителям, кроме прощения грехов ничего не перепало. И того, осталось найти ещё одну девушку.
Вот тогда-то при дворе появился лорд Самир. Хмурый и недовольный мужчина представился последним, десятым послом. Это подтверждали и сопроводительные письма, подписанные самим королем Измира - Иммахом Самрансоном.