Я скрестила руки на груди и вздернула подбородок. Колчановский закрыл холодильник и зеркально отобразил мою позу.
- А на каком, собственно, основании вы устраиваете мне допрос, Константин Георгиевич? – вопросила я, всем своим видом олицетворяя надменность.
- А почему вы увиливаете от ответа, Вероника Андреевна? – полюбопытствовал шеф.
Да потому что нет у меня ответа! Не говорить же, что шла пошло бухать и снимать мужика для своего душевного успокоения. Мой светлый образ может после этого в такую грязь рухнуть, что даже баба Нюра не смогла бы опустить меня до таких глубин. И пусть я не собиралась ни с кем спать, а лишь флиртовать и заводить новые знакомства, но сама фраза! Меньше всего мне хочется, чтобы Колчановский начал меня воспринимать, как беспринципную женщину.
Для ужина с подругой у меня слишком откровенный наряд, вон, взгляд начальства из своего декольте выловить никак не могу. Ох… Я смущенно прикрыла глубокий вырез ладонью, и Костик, кашлянув, наконец, посмотрел мне в глаза. В общем, в таком наряде можно на охоту выходить, ну, еще на свидание, если хочется показать мужчине, что готова к близким отношениям. Но не на ужин с замужней подругой.
Одна из последних мыслей мне понравилась, и я решила на ней остановиться.
- У меня свидание, между прочим, - заявила я с вызовом. – А ты мне его испортил.
- Исключено, - тут же категорично ответил Колчановский. – Никаких свиданий до окончания сделки. Есть ты и я, все остальные подождут. Я не встречаюсь с другими женщинами, ты с мужчинами. Мы не можем позволить себе такой роскоши.
- Меня-то не подловят…
- Всегда есть нюансы, которые невозможно просчитать, - отмахнулся шеф. – Больше никаких ошибок.
Я фыркнула и уселась за стол – ответить мне было нечего. Ладно, еще бы был этот мистический мужчина, к которому я шла на свидание, может и пободалась бы, а так… пустой спор ради спора. Костика мое молчаливое согласие вполне устроило. Оно подошел к столу, оглядел задумчивым взглядом композицию: я, два бокала и пакет – а затем достал телефон.
- Я хочу сделать заказ, - произнес он, и я подняла на шефа любопытный взгляд. – Холодные закуски… Да, давайте мясное ассорти… Что там еще? Сырное ассорти пойдет… Горячее… Еще раз… Давайте медальоны из телятины с печеными овощами… Нет, ваши вина меня не интересуют. Десерт? Что сами посоветуете? Пойдет. И фрукты, да. На две персоны. Записывайте адрес…
Я слушала, открыв рот, как он уверенно диктует мой адрес, да и вообще отмечая, что Колчановский ведет себя по-хозяйски. Хотела съязвить, но передумала, решив, что с его характером и привычкой распоряжаться иначе быть не может. В общем, махнула рукой и полезла в пакет, сиротливо ютившийся на другом конце стола. Там обнаружилась бутылка красного вина и… свечка. Я достала ее, повертела в руках и подняла взгляд на шефа.
- Ужин при свечах, - ответил тот. – При свечке. Можешь свои свечи добавить, если есть. Я свой вклад в наш ужин сделал, можешь тоже что-нибудь сделать.
- Что? – туповато спросила я.
- Например, озаботиться комфортом для дорогого гостя. В комнате нам будет удобней. Давай-давай, - он взял меня за плечи, поднял с табуретки и развернул в сторону двери.
Я сделала несколько шагов, всё еще ошеломленная напором, наконец, опомнилась и порывисто обернулась.
- Это что, в конце концов, такое?! – возмутилась я и потрясла пальцем перед носом шефа. – Ты даже не спросил, чего я хочу. А может я вегетарианец!
- Шашлык ела и не плакала, - усмехнулся Костя.
- А может, я рыбу хочу…
- У нас красное вино.
- А я хочу белое!
Колчановский вернул на стол вино и бокалы, которые уже держал в руках, в задумчивости почесал кончик носа и спросил:
- Причина капризов? И не говори, что ты – женщина и имеешь право. Давай настоящую причину. Что бесит?
Я развернулась и направилась в комнату, шеф последовал за мной, ожидая объяснений. У меня они были, но не все я могла огласить. Например, я бы и под дулом пистолета не созналась, что чертов шеф мне начинает нравиться, совсем не как шеф, и даже не как просто хороший человек. Именно от этого побочного эффекта я хотела избавиться, но вместо запланированного флирта на стороне, я опять в его компании. И если бы Костя пришел ко мне, как мой мужчина, я бы сейчас млела и от цветов, и от его решительности. Но мне всего этого было не нужно! И потому одно присутствие Колчановского будило во мне зверя.
Но всего этого я ему сказать не могла, потому шла в комнату и выдумывала причину для своих капризов. Впрочем, искать долго не пришлось, достаточно было вспомнить о сделке. На ней я и сосредоточилась. И когда мы вошли в комнату, я уселась в кресло, закинула ногу на ногу и посмотрела Колчановскому в глаза.