- Меня раздражает, что в нашем партнерстве я не имею права голоса, - ответила я на вопросительный взгляд. Костик открыл рот, но я отрицательно покачала головой, показывая, что еще не закончила. – То, что ты прислушивался ко мне в гостях у Поляковых, было вынужденной мерой. В остальном всё решаешь ты. Например, твой приезд. Ты даже не соизволил поставить меня в известность о том, что собираешься сегодня нагрянуть в гости. Мне это не нравится. Даже этот заказ еды. А вдруг я не хочу ресторанную пищу, может, я люблю исключительно домашнюю кухню. Можно учитывать мое мнение и мои желания? В данной афере я не подчиненная, у нас равные права…
- Вот тут не права, - остановил меня шеф. – В афере я – заказчик, а ты исполнитель. Я плачу деньги, ты их зарабатываешь, то есть всё остается на своих местах: я начальник, ты подчиненная. Но ты права в том, что я повел себя невежливо, не предупредив тебя о визите. Обещаю отныне не забывать об элементарных правилах приличия, и непременно буду интересоваться твоим мнением в отношении еды и напитков. Конфликт исчерпан?
Я хотела уже ответить «да», но нахмурилась и отрицательно мотнула головой.
- Что еще? – спросил Костик.
- Не только в отношении еды и напитков, не надо ставить ограничение на мою самостоятельность. Всё, что не касается напрямую нашей сделки или основной работы, должно согласовываться. Никакого одностороннего порядка в принятии решений.
Колчановский пожал плечами и ответил:
- Ладно.
Я подозрительно прищурилась, гадая, искренне ли он согласился, или только для моего успокоения.
-Ой, только не ходи извилистыми тропами женского сознания, - скривился Костик. – Это такой дикий лабиринт, там даже Минотавры дохнут.
Я поперхнулась.
- Ну, знаешь…
- Не надо слов, - патетично ответил мерзавец и уселся на диван, стоявший напротив кресел. – Лучше принеси штопор, и выпьем по бокальчику. – Он подался вперед и уточнил: - Если ты не против, конечно.
- Не против, - сварливо проскрипела я и ушла на кухню, на ходу изображая, что душу шефа. Вроде немного отпустило.
На кухне я задержалась из вредности, чтобы заставить Колчановского ждать. Выпила стакан холодной воды, постояла у открытой форточки, ловя кожей теплый ветерок, и поняла, что успокоилась. После этого я достала штопор, взяла вазу с цветами и направилась обратно в комнату. Шефа я обнаружила по-прежнему на диване. Он сидел, вольготно откинувшись на спинку. Телефон у уха я заметила почти сразу и нахмурилась, чувствуя, что раздражение возвращается. Почему-то я была уверена, что он болтает со своей Лизой…
- А вот и мое солнышко, - промурлыкал Костик. – Тигрик, тебе привет от Шурика…. И от Люси, конечно, тоже, - хмыкнул шеф, похоже, выслушав уточнение на том конце «провода». – Ребята хотят завтра нагрянуть к нам в гости. Мы же не против?
Он поманил меня к себе, и я, даже не заметив, что вздохнула с облегчением, подошла к дивану и громко произнесла:
- Привет, мы не против.
Колчановский послал мне воздушный поцелуй и вернулся к разговору. Я отошла к журнальному столику, стоявшему между двух кресел, поставила на него вазочку и уселась в кресло, ожидая, когда Костик закончит разговор. Не отдавая себе отчет, я невольно любовалась им и изумлялась одновременно – как ему удается быть настолько разным? Безэмоциональный истукан перед подчиненными, прохладно-вежливый с посетителями, сдержанный с партнерами и беспечная душка с близкими людьми.
Мне захотелось вдруг подойти к нему и встрепать светло русые волосы, потом отвести его голову назад и заглянуть в изумительно-ясные синие глаза… Вот черт! Я поднялась на ноги и отошла к окну, открыла одну половину рамы и закрыла глаза, вновь стараясь унять растущее раздражение, смешанное со смятением. Ну, сколько можно?! Откуда это придыхание и любование? Где мой разум?
- До завтра, - услышала я и обернулась.
Костик смотрел на меня, сияя озорной мальчишеской улыбкой.
- А я говорил, что они обязательно проявятся, - торжествующе произнес он. И добавил: - Какой я прозорливый.
- Это было логично, - я пожала плечами.
- Да ну тебя, упыреныш, - нахохлился Колчановский, однако обижался ровно две секунды, а после заговорил уже серьезно: - У нас с тобой много дел. И вот еще, завтра у тебя выходной. Нужно мою квартиру превратить из холостяцкой берлоги в семейное гнездышко. Там должны быть следы твоего обитания.
- Я у Эльвиры не отпрашивалась…
- Напишешь заявление за свой счет, я подпишу и готово. Какие проблемы?
- Ну, ты молоде-ец, - протянула я, поражаясь его простоте. – За свой счет, значит?