- Компенсирую, - отмахнулся шеф. – Тигрик, я – вершина этой пирамиды, мне и решать, кто и сколько получит. Заканчивай торговаться, давай уже займемся делом. Где штопор?
- Без ста грамм ни одно дело не делается, - заметила я ядовито и указала на столик: - Разуй глаза, обуй ноги, босс.
- Хамка, - фыркнул Костик и пересел в кресло. – Осталось дождаться наш ужин, и жизнь будет вообще прекрасна. Я голоден, как удав. – После поманил меня: - Иди сюда, чего там топчешься?
- Как скажешь, Каа, - медовым голосом ответила я.
- Ш-ш-ш, - зашипел шеф, и я клацнула в ответ зубами.
Глава 13
Глава 13
- Ну-с, и что тут у нас?
Я уперла руки в бедра и оглядела шефову крепость.
- Ремонт делать не надо, - услышала я и, полуобернувшись, бросила взгляд на Колчановского. Он застегивал рукава на рубашке. – Не ожидал, что ты приедешь еще утром. Могла бы и поспать, дел не так много.
- Разберемся, - ответила я.
- Просто разбавь обстановку своими вещами, ну и как говорили. Никаких новых занавесок, - он вновь вернулся к предостережениям. – Без меня, во всяком случае.
Развернувшись к нему, я насмешливо спросила:
- Страшно?
- Волнительно, - уточнил Колчановский. – Но я тебе доверяю.
- Я заметила, - покивала я. – Не боись. Усё будет сделано, шеф. Без шума и пыли, - процитировала я фразу из «Брильянтовой руки».
- Я в тебя верю, тигрик, - заверил меня Костик и скрылся с глаз долой, правда, ненадолго.
Вскоре он появился с пиджаком в руках и не затянутым галстуком на шее. Колчановский снова оглядел свою гостиную, в которой я расположилась, перевел взгляд на меня и вздохнул:
- Может мне остаться?
Я подошла к нему, затянула галстук, после поправила ворот рубашки и накрыла его грудь ладонями.
- Нечего прогуливать, Константин Георгиевич. Езжайте, дружочек, работать. Не забывайте, что вы трудитесь на благо своего бухгалтера. Это ответственная миссия и пренебрегать ею никак нельзя. Так что флаг в руки и вперед, партия вас не забудет. Клянусь, что ваша драгоценная берлога устоит под моим напором.
- Ты – тиран, Вера, - проворчал Колчановский, обняв меня одной рукой за талию. – Деньги и так зарабатываются, а я, может, тоже хочу отдохнуть и развлечься.
- Следить ты за мной хочешь, - ответила я.
- А может мне нравится за тобой следить, - едва заметно улыбнулся Костик.
Я попыталась отстраниться, но рука на моей талии напряглась, не позволяя выполнить отходной маневр. Шеф нагнулся и поцеловал меня в щеку:
- До вечера, дорогая. Постараюсь освободиться пораньше.
Костя отошел, а я осталась стоять на месте, ошеломленная и фразой и поцелуем, настолько это было по-домашнему уютным, и каким-то привычным, будто я сто раз провожала его на работу, и он столько же раз прощался со мной до вечера и обещал вернуться пораньше. Из-за своего смятения я едва не упустила момент, когда Колчановский открыл дверь квартиры, чтобы покинуть ее.
- Костя! – воскликнула я и поспешила следом.
Он обернулся, ожидая, что я скажу.
- Ты домработнице позвонил? Она не придет?
- Позвонил, - кивнул шеф. – Не волнуйся, тебе больше ни с кем воевать не придется. Хотя Аннушка вполне мирная женщина, но я твое пожелание выполнил.
- Умница моя, - вырвалось у меня, и Костик хмыкнул. Я постаралась не показать вида, что смутилась из-за собственных слов, и произнесла: - До вечера.
Он подмигнул, и дверь закрылась. Я осталась в одиночестве на чужой территории. Немного постояв, в растерянности обняв себя за плечи, я выдохнула и решительно направилась на кухню. Любая работа должна начинаться с чашечки кофе – это закон! Да и хотелось для начала освоиться здесь в роли хозяйки. А пока кофе варился, я подавила смущение, которое чувствуешь в чужом доме, и начала осмотр содержимого шкафчиков и полок. Если я тут живу, то должна знать, что и где лежит, чтобы вечером не путаться, отыскивая то, что может вдруг понадобиться.
Потом уселась за стол с кофе и печеньем, обнаруженным в вазочке, и включила телевизор. Так я провела некоторое время, не спеша продолжить близкое знакомство с обиталищем шефа. Просто было немного не по себе. Я чувствовала себя варваром, вторгшимся в замок какого-нибудь барона. Всё такое большое, дорогое, стильное и чужое.
- Ну, хватит! – я шлепнула ладонью по столешнице и встала из-за стола.
Помыв чашку и убрав крошки, я направилась в обход по комнатам. Их я уже все знала, но в пятницу и в субботу я все-таки оставалась гостем при хозяине, а сейчас сама превратилась, пусть и во временную, но хозяйку. Потому рассматривала более пристрастно, суя нос везде, где могла сунуть.